Летом 2014 года я получил предложение перевести данную книгу от издательства «Эксмо». Книга представляет собой одновременно и учебник шахматной игры для начинающих, и иллюстрированную энциклопедию шахмат. Некоторые темы освещены невероятно подробно (например, проигрыш Каспарова в матче с компьютером), другие же не затронуты вовсе. Русское издание выпущено издательством «Эксмо» весной 2015 года.

Перевод обложки выполнен не мной и перевод этот, к сожалению, не выдерживает критики. Поэтому я выполнил свой вариант перевода и предложил его издательству. Надеюсь, он будет использован при новом издании:

  

ШАХМАТЫ

ИСТОРИЯ, ПРАВИЛА, СТРАТЕГИЯ И ТАКТИКА

 

Полное руководство по правильному ведению игры в дебюте, тактическим приёмам в миттельшпиле и технике в эндшпиле для игроков всех уровней

 

Иллюстрированная энциклопедия шахмат: история возникновения и развития игры, знаменитые поединки и великие шахматисты, шахматная терминология и правила, с чего начинать и как добиться успеха - свыше 700 цветных иллюстраций

 

ДЖОН СОНДЕРС

 

 

 

 

С отрывками из книги можно ознакомиться на сайте издательства "Эксмо" - здесь:

https://book24.ru/product/shakhmaty-istoriya-pravila-navyki-i-taktiki-196295/

   

 

Двухтомник Ларсена я переводил в 2014 году. Правда, не полностью, а только то, что было указано издательством «Русский шахматный дом». На русском языке материалы книги изданы в одном томе в январе 2017 года.

 

 

Вот что я писал в издательство, направляя туда готовый перевод.

 

От переводчика

Данные файлы – выборочный перевод материалов двухтомного испанского издания Bent Larsen – Todas las Piezas Atacan (издательство Editorial Chessy) (1 том вышел в 2007 году, 2 том - уже после смерти Ларсена – в 2012-м).

Первые 50 партий из первого тома (точнее 51, кроме партии №48) вместе с сопутствующими текстами были переведены ранее В.Мурахвери и составили известную книгу Бент Ларсен «50 памятных партий» (1972) в серии ВШМ. Я сравнил текст испанского оригинала с переводом Мурахвери и не нашёл практически никаких пропусков (хотя отдельные фактические ошибки имеются – при желании их можно исправить в новом издании). 

Из 1 тома для перевода издательством «Русский шахматный дом» отобраны все не публиковавшиеся партии (их набралось 24) и обширная статья про Роберта Фишера (добавлены также 2 небольших статьи про Ларсена и перечень результатов). Не вошли в число переводимых материалов многочисленные статьи Ларсена про своих коллег и творчество в шахматах (вот названия некоторых – «Керес, рыцарь шахмат», «Трагедия Таля», «Молодые русские против ветеранов», «Знаменитые игроки Дании», «Доверяете ли вы книгам о дебютах?» и др.).

Из второго тома взяты все партии с сопутствующими текстами (числом 48) и 2 предисловия: издателя и Петера-Хайне Нильсена, дружившего с Ларсеном в последние годы его жизни. Полного текста оригинала второго тома у меня нет, знаю только, что там также опубликован весьма обширный фотоальбом.

Таким образом, всего в издании будет 72 новых партии Ларсена с его комментариями (плюс партии Фишера с комментариями Ларсена, среди них несколько междоусобных). Вместе с 50 старыми получается 122 партии Ларсена (плюс несколько поединков с Фишером).

К сожалению, Ларсен практически обошёл молчанием свои главные неудачи в карьере – провальный полуфинальный матч претендентов с Фишером 1971 года и срыв в межзональном турнире 1973 года в Ленинграде (из последнего приведены только 3 первых победных тура).

 

 

Предлагаю читателям отрывок из главы, посвящённой Бобби Фишеру.

 

ГЕНИЙ ПО ИМЕНИ БОББИ ФИШЕР

 

Накануне матча Фишер-Карпов, несмотря на то, что не было известно, состоится ли он вообще, новостей о чемпионе мира было больше, чем когда-либо. Поэтому я полагаю, будет интересно поговорить о шахматной личности и партиях Фишера.

 

МОИ ПЕРВЫЕ ВСТРЕЧИ С БОББИ

 

Прежде всего,  я расскажу о Бобби периода 1958-59 годов, когда он играл в своём первом турнире претендентов (а я был его секундантом).

 

Разумеется, я был знаком с лучшей в шахматной истории партией, когда-либо сыгранной 13-летним мальчиком (Дональд Бирн – Роберт Фишер), да и с другими партиями юного шахматиста. Тем не менее, во время нашего первого поединка я ещё чувствовал неудовлетворение в случае ничьи с 15-летним подростком. Он случился в 1958 году на межзональном турнире в Портороже (Югославия), одном из худших турниров в моей карьере. Партия с Фишером, несомненно, стала главной причиной того провала. На 15 ходу в варианте дракона сицилианской защиты я не захотел делать лучший ход, так как он позволял белым перейти в ничейное окончание. В результате, Фишер развил матовую атаку, и партия сейчас золотыми буквами вписана в его книгу «Мои 60 памятных партий». Вот она.

 

Фишер - Ларсен

Межзональный турнир, Порторож, 1958

     Сицилианская защита B77

 

1.e4 c5 2.¤f3 d6 3.d4 cxd4 4.¤xd4 ¤f6 5.¤c3 g6

 

Вариант дракона. Популярность этой системы падала, а мои поражения в партиях с Авербахом и Матановичем в Портороже никак не способствовали появлению её новых сторонников.

 

6.¥e3 ¥g7 7.f3 0–0 8.£d2 ¤c6 9.¥c4 ¤xd4

 

Через несколько лет популярность дракона возросла, но благодаря продолжению 9...¥d7.

 

10.¥xd4 ¥e6 11.¥b3 £a5 12.0–0–0 b5 13.¢b1 b4 14.¤d5 ¥xd5 15.¥xd5

Сейчас теоретические труды рекомендуют 15.exd5 £b5 16.¦he1 a5 17.£e2, с шансами на перевес у белых. Тем не менее, в нашей партии решающими стали другие моменты, например, я мог сейчас сыграть 15...¤xd5 16.¥xg7 ¤c3+! 17.¥xc3 bxc3 18.£xc3 £xc3 19.bxc3 ¦fc8 с хорошей игрой в эндшпиле и возможной ничьей.

 

Правда, потом Фишер признался мне, что собирался играть 16.exd5 £xd5 17.£xb4, а в этом варианте у чёрных отличная позиция.

 

Теперь я могу сказать, что к проигрышу привели мои чрезмерные амбиции.

 

15...¦ac8? 16.¥b3 ¦c7 17.h4 £b5 18.h5!

 

Лишний темп, который есть у белых в атаке, можно использовать, только делая точные ходы. Например, если сыграть 18.g4, то последует 18…a5, и у чёрных хорошая игра.

 

18...¦fc8 19.hxg6 hxg6 20.g4 a5 21.g5 ¤h5 22.¦xh5! gxh5 23.g6 e5 24.gxf7+ ¢f8 25.¥e3 d5 26.exd5 ¦xf7 27.d6 ¦f6 28.¥g5 £b7 29.¥xf6 ¥xf6 30.d7 ¦d8 31.£d6+

Чёрные сдались.

 

На следующий год в Цюрихе я разыграл защиту Каро-Канн. Бобби остался с двумя слонами. В эндшпиле, продемонстрировав отличную игру в защите, я получил возможность уничтожить все пешки ферзевого фланга. В позиции с двумя конями и тремя пешками против двух слонов и трёх пешек (всё это на королевском фланге) я предложил ничью, но Бобби отказался. Мы играли ещё почти 40 ходов, и мировая состоялась, только когда над Бобби нависла опасность потерять фигуру. Однако, двумя конями дать мат невозможно…

 

В то время Фишер переоценивал силу двух слонов, это была традиционная черта американцев, она прослеживалась ещё у Кэждена и Файна.

 

Фишер – Ларсен

Цюрих, 1959

Защита Каро-Канн B11

 

1.e4 c6 2.¤f3 d5 3.¤c3 ¥g4 4.h3 ¥xf3

5.£xf3 ¤f6 6.d3 e6 7.a3 ¥c5 8.¥e2 0–0 9.0–0 ¤bd7 10.£g3 ¥d4 11.¥h¤e8 12.¥g5 ¤df6 13.¥f3 £d6 14.¥f4 £c5 15.¦ab1 dxe4 16.dxe4 e5 17.¥g5

17...¥xc3 18.bxc3 b5 19.c4 a6 20.¥d2 £e7 21.¥b4 ¤d6 22.¦fd1 ¦fd8 23.cxb5 cxb5 24.¦d3 £e6 25.¦bd1 ¤b7 26.¥c3 ¦xd3 27.cxd3 ¦e8 28.¢h2 h6 29.d4 ¤d6 30.¦e1 ¤c4 31.dxe5 ¤xe5 32.¥d1 ¤g6 33.e5 ¤d5 34.¥b3 £c6 35.¥b2 ¤df4 36.¦d1 a5 37.¦d6 £e4 38.¦d7 ¤e6 39.¥d5 £e2 40.¥c3 b4 41.axb4 axb4 42.¥xb4 £xe5 43.¥a5 £xg3+ 44.¢xg3 ¦e7 45.¦d6 ¤ef4 46.¥f3 ¤e6 47.¥b6 ¤e5 48.¥d5 ¦d7 49.¦xd7 ¤xd7

50.¥e3 ¤f6 51.¥c6 g5 52.¢f3 ¢g7 53.¥a4 ¤d5 54.¥c1 h5 55.¥b2+ ¢h6 56.¥b3 ¤df4 57.¥c2 ¤g6 58.¢g3 ¤ef4 59.¥e4 ¤h4 60.¥f6 ¤hg6 61.¢f3 ¤h4+ 62.¢g3 ¤hg6 63.¢h2 h4 64.¢g1 ¤h5 65.¥c3 ¤gf4 66.¢f1 ¤g7 67.¥f6 ¤fh5  68.¥e5 f6 69.¥d6 f5 70.¥f3 ¤f4 71.¢e1 ¢g6 72.¢d2 ¤ge6 73.¥e5 ¤c5 74.¢e3 ¤ce6 75.¥c6 ¢f7 76.¢f3 ¢e7 77.¥b7 ¤g6 78.¥c3 ¤gf4 79.¥a6 ¤d5 80.¥e5 ¤f6 81.¥d3 g4+ 82.¢e2 ¤d7 83.¥h2 gxh3 84.gxh3 ¢f6 85.¢e3 ¤e5 86.¥e2 ¤g6 87.¥f1 f4+ 88.¢f3 ¤e5+ 89.¢e4 ¤g5+ 90.¢xf4 ¤ef3 91.¥g3 hxg3 92.fxg3

1/2:1/2

 

Тот турнир проводился в два круга, и вторую партию я проиграл. В следующий раз мы встречались между собой в 1967 году в Монако, где я, стремясь отобрать у соперника первое место в соревновании, отказался от ничьей и потерпел поражение.

 

Возвращаясь к Бобби образца 1959 года, должен признать, что он играл в Цюрихе очень хорошо. Шёл в районе первого места, но в предпоследнем туре проиграл швейцарскому мастеру Келлеру. Вспоминаю последний тур. Бобби приехал со слезами на глазах, однако… очень здорово играл с Талем! «Волшебнику из Риги» с большим трудом удалось спасти пол-очка и тем самым занять первое место, вторым был Керес, тогда как Бобби пришлось довольствоваться третьим.

 

Через месяц я получил письмо от г-жи Регины Фишер. Она спрашивала меня, смогу ли я быть секундантом её сына на турнире претендентов (позднее я узнал, что такое же предложение она заблаговременно сделала и Альберику О'Келли, но без ведома Бобби).  Ей нужен был гроссмейстер из Европы, просто чтобы сэкономить на путевых расходах.

 

Я принял это предложение. Бобби прибыл в Югославию и позвонил мне из Дубровника. Он предложил встретиться через десять дней в Венеции и заняться дебютной подготовкой. Хорошо, договорились. Но когда я приехал в Венецию, Фишера там не было. Лишь почти через неделю я получил известие, что он находится в Мюнхене. Венеция ему не понравилась. Мюнхен был лучше, и вообще он тосковал по Америке и хотел вернуться в Нью-Йорк. Мать же хотела, чтобы он остался в Европе. Через несколько дней я проводил его в аэропорт, с наказом отправить телеграмму г-же Фишер только после того, как взлетит самолёт, чтобы мать уже не могла ничего сделать. В следующий раз мы увиделись уже в Бледе (Словения), перед самым началом турнира.

 

Фишер стартовал не очень хорошо, вероятно, потому что простудился. Я каждый день настаивал на том, чтобы вызвать врача турнира, но Фишер говорил нет. В конце концов, он всё-таки согласился, вероятно, на него подействовало то, что он набрал лишь пол-очка за четыре тура. Почему он не желал звать врача? Оказалось, что из-за своих сильных антикоммунистических взглядов он считал, что образование в этой стране не может дать «хорошего» врача. Однажды у него возник жаркий спор с официантом в гостинице. Я сказал ему:  «Бобби, так ты наживёшь себе ненужных врагов». Он ответил: «Я хочу, чтобы все коммунисты были моими врагами». Необходимо напомнить, что это было в годы «холодной войны», и сенатор Джо Маккарти начал свою кампанию против антиамериканской деятельности всего несколько лет назад. Одним из кумиров Бобби был радиокомментатор, ярый антикоммунист.

 

Итак, он вызвал врача. Им оказался симпатичный молодой человек, который произвёл впечатление знающего специалиста. Приятный сюрприз для Бобби. Поскольку доктор говорил не по-английски, а по-немецки, я был за переводчика. Бобби хотел знать, в каком университете тот получил диплом. «В Белграде», - был ответ. Он не учился за границей? Нет. Только три месяца в Вене, где заканчивал образование. Ага! - выпалил Бобби, - вот где он всему научился!

 

Врач назначил три разных лекарства. Бобби принял два из них без возражений, но третье ему не понравилось – его нужно было растворить в кипячёной воде и совершать ингаляции в течение 10 минут. Быть накрытым полотенцем целых 10 минут, вдыхая какие-то пары, означало для Бобби потерю времени. В конце концов, я его убедил, но он поставил условие, что я буду читать ему книгу, дабы не терять времени. Таким вот образом я оказался читающим «Новые приключения Тарзана» … претенденту на мировой шахматный трон!

 

Мои отношения с Бобби во время турнира были довольно хорошими. Думаю, они были лучше, чем с Ломбарди в Портороже и в Цюрихе с Сейди. (В Цюрихе Бобби был недоволен гостиницей, отведённой участникам, а когда, наконец, нашёл отель по своему вкусу, тот оказался очень дорогим. Сейди, которому приходилось самому оплачивать свои расходы, не был настроен жить в новой гостинице, но Бобби проявил полное безразличие к этой «глупой» экономической проблеме. В 70-е годы Сейди был одним из немногих американских шахматистов, имевших личный контакт с Фишером. Перед матчем со Спасским в Рейкьявике Бобби жил в доме отца Сейди в Нью-Йорке, именно там его осаждали журналисты и фотографы.)

 

Возможно, работа со мной протекала легче из-за того, что Бобби быстро понял, что турнир он не выиграет. Только один раз у нас случилась большая аналитическая работа – совершенно, на мой взгляд, ненужная. В одной из партий с Бенко у Бобби было очень плохо, пока (как всегда) не наступил цейтнот, и американец венгерского происхождения не ошибся. Партия была отложена, но положение было не слишком интересное. Бобби мог получить ладейное окончание с тремя пешками против двух, все на ферзевом фланге, разными способами. Пешка лишняя, но шансов на выигрыш нет совсем. И эту бесперспективную позицию пришлось анализировать вместе с ним всю ночь. Естественно, с точки зрения секунданта, это выглядит немного смешно. Однако, должен напомнить, что в работу секунданта входит и психологическая составляющая.

 

В том же, что касается теории дебютов, юный Бобби Фишер знал всё! Хочу сказать: он был очень упрям. Лучший пример тому – его игра против защиты Каро-Канн. Фишер применял вариант двух коней (1.e4 c6 2.¤c3 d5 3.¤f3), но без успеха. Я пытался заставить его вместо этого играть атаку Панова, так как полагал, что она больше соответствует его стилю. Тем не менее, он хотел по-прежнему играть всё ту же линию, и высказал один довод, который мне понравился: «Я не могу бросить его, пока не выиграю хотя бы одну партию».

 

Это был ужасный турнир. Восемь игроков в четыре круга, всего 28 туров. Два круга в Бледе, один в Загребе и ещё один в Белграде. Когда мы прибыли в Загреб, Бобби не понравилась гостиница, совсем новая и современная. Глигорич и остальные югославы жили в другой. Вероятно, Бобби решил, что она лучше. Поэтому мы переехали, и действительно, другой отель ему больше пришёлся по душе, хотя он был более старый, да и условия там были похуже. Особенно ему понравились ресторан и обслуживание.

 

Различные организации Загреба предлагали игрокам свои подарки. В каждом туре на столиках для игры лежали пакеты. Однажды в них оказались две бутылки, одна с ликёром, другая со сливовицей. В тот день поздно вечером я вошёл в номер Бобби и удивил его, попытавшись открыть одну из бутылок. Но у нас не было штопора. Он спросил меня:

 

-   У кого есть штопор?

 

-   Вероятно, у горничной, - ответил я.

 

-   Позови её.

 

-   Почему ты хочешь выпить её сейчас?

 

-   Нет, я хочу лишь вылить это в раковину.

 

Алкоголь – это яд, и содержимое другой бутылки, оказывается, уже давно исчезло в умывальнике. Он не хотел дарить кому-нибудь сливовицу, потому что тогда… мог оказаться виновным в отравлении человеческого существа! Позже я нашёл возможность забрать у него бутылку. Если он согласился на это, то только потому, что с него сняли ответственность, к тому же, я был очень настойчив.

 

 

Причина такой ненависти к алкоголю мне неизвестна, но это одна из тем, о  которых с возрастом Фишер стал судить не столь категорично, то же самое можно сказать о коммунизме, защите Каро-Канн и двух слонах.

Новое расширенное издание лучших партий Ананда дополнено 30 новыми партиями, которые отобрал сам экс-чемпион мира, но примечания к партиям принадлежат перу Джона Нанна. Работа над переводом проходила в 2013 году. На русском языке книга вышла в конце 2015 года.

 

Здесь у вас есть возможность познакомиться с некоторыми её страницами.

 

Партия № 58

Х.Эрнандес – В.Ананд

Мерида 2001

Сицилианская защита

1.е4 с5

2.Кс3 d6

3.f4 Kc6

4.Kf3 g6

5.Cc4

Разыгранный белыми дебютный вариант был основательно разработан английскими шахматистами в 70-х годах прошлого века во время цикла турниров Гран-при (производитель виски фирма Cutty Sark тогда установила денежный приз лучшему шахматисту года в Англии) и поэтому называется «атака Гран-при». Ананд время от времени сам применял его (см. например, партию Ананд-Гельфанд, Вейк-ан-Зее 1996), поэтому, возможно, что Эрнандес решил бороться против Ананда его же собственным оружием.

5...Cg7

6.0-0 Kf6

Главная альтернатива здесь – 6...е6, собираясь развивать коня на е7; так играл Гельфанд в упомянутой выше партии. Преимущество вывода коня на е7 в том, что белым теперь труднее провести f4-f5, что является частью их стандартного плана атаки: Фd1-e1-h4, f4-f5 и Cc1-h6. Однако, когда чёрные выводят коня на f6, они выигрывают время, так как рокировку можно будет осуществить на один ход быстрее.

7.d3 0-0

8.Cb3?!

Белые без всякого принуждения со стороны соперника теряют время на отступление слона. Гораздо естественнее 8.Фе1 или 8.f5, развивая игру на королевском фланге.

8…Kd4!

Такой способ устранения слона точнее, чем 8...Ка5, на что белые могут сыграть 9.Фе1Kxb3 10.axb3, получая крепкую позицию и сохраняя неплохие шансы создать атаку на королевском фланге.


9.Фе1?!

После этого хода белым предстоит борьба за равенство, на большее они рассчитывать не могут. Надёжнее 9.Kxd4 cxd4 10.Ke2 с примерно равным положением.

9...а5!

Вот почему коню лучше находиться на d4. Ананд не меняет слона, а устраивает охоту на него.

10.Фh4

Поймать слона чёрные пока не угрожают, поэтому белые продолжают развивать свою игру на королевском фланге.

10...а4!

Неплохо и 10...Cd7, но сделанный чёрными ход сильнее и энергичнее.

11.Сxа4

В случае другого взятия, 11.Кxа4, последовало бы 11...Ke2+ 12.Kph1 b5 13.Kc3 Kxc3 14.bxc3 c4 15.dxc4 bxc4! 16.Cxc4 Kxe4 17.Cd5 (иначе чёрные отыгрывают пешку и получают ясный позиционный перевес) 17...Ca6 18.f5 (18.Лg1 Cf6 19.Kg5 Kxg5 20.fxg5 Cxc3 21.Лb1 Лc8 в пользу чёрных, так как у них лучше пешечная структура) 18...Cxf1 19.fxg6 Kf6 20.gxf7+ Kph8 с очень сложной позицией, в которой за отданный материал белые могут и не получить достаточной компенсации. Например, после 21.Kg5 Ce2! (слон направляется на h5) 22.K:h7! K:h7 23.Ce4 Ch6 24.Cxh6 Лxf7 25.Cd5 e6 26.Фd4+ e5 27.Фd2 Ch5 у чёрных явное преимущество.

11...Cg4?!

Лучше всего использовать плохую координацию сил белых позволял прорыв в центре – 11…d5!. После 12.exd5 (12.e5 Kxf3+ 13.Лxf3 d4 также в пользу чёрных) 12...Kxd5 13.Kxd5 Фxd5 14.Cb3 Kxb3 15.cxb3 Фxd3 16.Фxe7 b6 чёрные опережают соперника в развитии, и два их слона важнее лишней пешки белых.

12.Лb1

Чтобы можно было сыграть Cb3 и в случае размена взять ладьей, а не пешкой с. Продолжения 12.Cb3 Cxf3 13.gxf3 d5 и 12.Kxd4 cxd4 13.Kd5 Kxd5 14.exd5 Ce2 15.Ле1Cf6! 16.Фg3 Cxd3 17.cxd3 Лxa4 приводят к перевесу чёрных.

12...Cxf3

13.gxf3


13...Лxa4?!

Весьма амбициозный ход, однако объективно сильнее было 13...е6 14.Cb3 d5 и затем b7-b5, тогда слона белых ожидали новые неприятности.

14.Kxa4 b5

15.Kc3 Фа5?

Неверный путь атаки ферзевого фланга белых. Лучше 15...b4, тогда после 16.Kd1 Kxc2 17.Фf2 Kd4 18.a3, благодаря сильной позиции коня на d4 и лучшей пешечной структуре, у чёрных достаточная компенсация за качество.

16.а3!

Белые находят лучшую защиту, теперь они смогут разменять пешки, если чёрные двинут вперёд пешку b.

16...b4

17.Kd1?!

Упуская возможность размена. Правильно 17.axb4 cxb4 18.Фf2!. Тогда в случае отступления коня с f6, белый конь мог бы прыгнуть на d5, а после 18...bxc3 19.Фxd4 Kh5 (19...Фа2? 20.Се3 Kg4 не годится ввиду 21.Фа7!) 20.е5 dxe5 21.Фxc3 Фb6+ 22.Kph1 exf4 23.Фс4 у чёрных нет полновесной компенсации за качество.

17...Kxc2

18.Фf2

18.axb4 Фxb4 также ведёт к примерному равенству.

18...b3

Теперь ладья b1 надолго выключена из игры.

19.Ke3 Фа4

20.Kph1

Во многих вариантах у белых возникают проблемы из-за появления чёрного слона на d4, поэтому они заранее убирают короля с опасной диагонали.

20...Kd7

21.Kc4 Лb8?!

Чёрные уводят ладью с королевского фланга, что несколько рискованно. Пока белые там не очень активны, но стоит им сделать всего несколько ходов – f4-f5, fxg6, Cg5, Фh4 - и у них появятся реальные угрозы на этом участке доски. Лучше было 21...Фс6. Как и ход в партии, это продолжение подготавливает размен белого коня с4 путём Kb6, но ладья здесь остаётся на f8, обеспечивая защиту королевского фланга.

22.f5 Kb6

23.Kxb6 Лxb6

24.fxg6 hxg6

25.Cg5


Проблема чёрных в том, что несмотря на внешне великолепную позицию коня (на с2) и давление на пешку b2, создать какие-то конкретные угрозы на ферзевом фланге им непросто. Чтобы добиться чего-нибудь на данном участке доски, придётся подготовить продвижение пешек d6-d5 и с5-с4, на что нужно потратить несколько темпов. За это время белые смогут развить весьма серьёзную контригру на королевском фланге.

25...Лb7

26.Фе2?!

Белые хотят сыграть Лg1 и поэтому убирают ферзя из-под удара Сd4, однако, избранный ими план слишком медленный. К определённому перевесу вело 26.f4!, атака белых на королевском фланге быстро набирает ход, достижения же чёрных на ферзевом весьма скромные.

26...Фс6

Чёрные подготавливают d6-d5 и одновременно сдерживают наступление белых на королевском фланге, так как теперь в случае f3-f4 в опасности окажется расположенный на большой диагонали белый король.

27.Лg1 d5

28.Лg2 Лd7

Планы обеих сторон близки к осуществлению. Белые готовы вскрыть королевский фланг путём h2-h4-h5, а чёрные подготовили с5-с4 и фигурную игру по линии d.

29.h4 Kd4

30.Фе3 с4

Ход чёрных неплох, но точнее 30...Фе6!. Создаётся угроза 31...Фh3+, и если белые отвечают 31.Лg3, следует 31...dxe4 32.dxe4 Фс4, и ферзь переводится на активную позицию.

31.dxc4 dxc4

32.h5 Фе6

Теперь это не столь эффективно, так как белые могут не обращать внимания на угрозу шаха на h3.

33.hxg6 fxg6

Хуже 33...Фh3+? 34.Лh2 Фxf3+ 35.Фxf3 Kxf3 36.gxf7+ Kpf8 37.Лh2, и возникшее положение явно в пользу белых.

34.Лg4


34...Kc2?

Очень рискованное решение. Оказавшись на с2, конь выпадает из активной игры. А вот после 34...Кс6, с идеями защитить пешку g6 путём Ке5 и отбросить ферзя противника с активной позиции ходом Лd3, позиция была бы примерно равной.

35.Фс5!

Теперь у чёрных трудное положение, так как 35...Cxb2 проигрывает ввиду 36.Фс8+ Kpf7 37.Лbg1!  с угрозой Ch6 – у белых решающая атака.

35...Се5

36.Лbg1?

Белые оступаются как раз в тот момент, когда могли форсировать выигрыш путём 36.Cf4! Cxf4 37.Фh5! Лd6 38.Лbg1 Kpf7 39.Лxf4+ Kpe8 40.Фh8+ Kpd7 41.e5 Лd3 42.Лf8 Kpc6 43.a4!, и чёрному королю негде укрыться.

36...Kpf7!

Единственный, но достаточный ход. У белых теперь лишь небольшой перевес.

37.Лh4 Лс7

38.Фf2?

В цейтноте белые теряют остатки своего преимущества. Сохранить давление на позицию чёрных можно было путём 38.Фа5 Лс8 39.Kpg2! с угрозой 40.Лh7+ Cg7 (40...Kpg8 41.Лxe7 c победой, так как подготовительный ход Kpg2 устранил угрозу мата на h3) 41.Фс3 Лg8 42.Ch6.

38...Cxb2!

Весьма смелый ход, не только объективно лучший, но и с практической точки зрения отличный. Чёрные теперь могут играть на победу: ведь если атака у противника не получится, пешки ферзевого фланга решат исход поединка, и это оказывает давление на белых – им нужно будет искать самое точное продолжение. До этого момента борьба была не самой захватывающей, но заключительная фаза партии очень интересна.

39.Фh2!

Лучший ход. Нападая на незащищённую ладью чёрных, белые выигрывают темп.

39...Лb7?

Играя 39...Се5, чёрные могли сделать ничью, но для этого им пришлось бы отыскать просто невероятные ходы: 40.Cf4 Лс5 и далее:

1)      41.Cxe5 Фxe5 42.Лh7+ Kpe8 43.Лh8+ с немедленной ничьей.

2)      41.Лh5 Cd4! (после 41...Cd6? 42.e5! или 41...gxh5? 42.Фxh5+ Kpf8 43.Ch6+ чёрные сразу проигрывают) 42.Лh7+ (42.Лxc5 Cxc5 43.Фh7+ Kpe8 44.Лxg6 b2 45.Фh5 Kpd7! 46.Лxe6 b1Ф+ 47.Kpg2 Фg1+ 48.Kph3 Фf1+ 49.Kpg4 Фg1+ 50.Kph3 также с ничьей) 42...Kpe8 43.Cg5 Ce5! 44.f4 Cd6 45.e5 Ke3 46.Фd2 c3 47.Фd4 Фg8 48.Лh3 Лс4 49.Фxe3 Фd5+ 50.Kph2 Cc5 51.Лh8+ Kpd7 52.Фh3+ Kpc7, и партия почти наверняка завершится вечным шахом той или другой стороны.

3)      41.Лg5!? b2 (41...Cd4? 42.Лxc5 Cxc5 43.Лh8 Фf6 44.Фh6 e5 45.Фh7+ Kpe6 46.Фg8+ Фf7 47.Фа8!, и белые выигрывают) 42.Фxc2 Фb6 43.Фb1 (43.Лb1 Фf6! 44.Лgg4 Фb6 с повторением ходов) 43...Фf6 44.Лgg4 g5! 45.Cxe5 Фxf3+ 46.Kph2 Фf2+, и чёрные форсируют ничью.

Вернёмся к позиции после 39...Лb7?:


40.Лh7+?

На последнем перед контролем ходу белые упускают выигрыш, правда, найти путь к победе было довольно непросто: 40.Лd1! Лd7 (40...Cg7? проигрывает ввиду 41.Лd8! b2 42.Лf4+ Фf6 43.Фh7! b1Ф+ 44.Kph2 Фxf4+ 45.Cxf4 Фе1 46.Фg8+ Kpf6 47.Лf8+ Cxf8 48.e5+ Фxe5 49.Фxf8+ Kpe6 50.Фс8+) 41.Лh7+ Cg7 (41...Kpg8 42.Лg1 Cg7 приводит к перестановке ходов) 42.Лg1 Kpg8 43.Лxg7+!Kpxg7 44.Фh6+ Kpf7 45.Фh7+ Kpe8 46.Фh8+ Kpf7 47.Kpg2! (выглядит медленно, однако угрозу Лh1 удивительно трудно отразить) 47...Лс7 (47...Ке3+ 48.Cxe3 Фf6 49.Фс8 Фе6 50.Фс5, и белые должны одержать победу, так как они продолжают атаку, чёрным же продвинуть свои пешки вперёд трудно) 48.Ch6! (48.Лh1?Фd6 49.Лh7+ Kpe6 50.Фg8+ Kpd7 51.Лxe7+ Фxe7 52.Cxe7 Kpxe7 с ничьей, поскольку рано или поздно белым придётся объявить вечный шах) 48...Фf6 (48...Фс6 проигрывает ввиду 49.Фf8+ Kpe6 50.Cf4) 49.Фf8+ Kpe6 50.Фd8 Фh4 51.Фxc7 Фxh6 52.Фxc4+ Kpe5 53.Фс5+ Kpe6 54.Фс3, и позиция чёрных безнадёжна.

40...Kpe8

Но не 40...Kpg8?? 41.Фh6 +-.

Если королю удастся убежать на ферзевый фланг, чёрные должны одержать победу, поэтому белые стремятся предотвратить бегство монарха.

41.Лd1 Cd4


Путь для короля через линию d вновь открыт.

42.Лh8+?

У белых было несколько способов сделать ничью, но только не после хода в партии.

Вот эти возможности:

1)      42.Се3 Kxe3 43.Лxd4 b2 44.Лh8+ Kpf7 45.Лf8+ (45.Фh7+?? проигрывает: 45...Kpf6 46.Лf8+ Kpe5 47.Фh8+ Фf6, но к ничьей ведёт также 45.Лh7+) 45...Kpxf8 46.Лd8+ Kpf7 47.Фh7+ Kpf6 48.Фh4+ Kpe5 49.Фh2+ с вечным шахом.

2)      42.Cxe7 c3 (ничья получается и в случае 42...Лxe7 43.Фb8+ Kpd7 44.Фb7+) 43.Лh8+ Cxh8 44.Фxh8+ Kpxe7 45.Фg7+ Фf7 46.Фе5+ также с вечным шахом.

3)      Во время партии Ананду не нравился ход 42.а4!. Это лучший шанс для белых, чёрным здесь необходимо играть точно, если они хотят сохранить свои пол-очка. Дело в том, что у них мало конструктивных возможностей, поэтому белые могут попытаться продвинуть свою пешку до а6 и вынудить противника сдвинуть с места свои фигуры, что должно привести к развалу их позиции. У чёрных есть следующие ответы:

3a) 42...Kpd8? 43.Ce3! (выигрывает и 43.a5) 43...Фf6 (43...Kxe3 44.Лxd4+ Kpe8 45.Лg7 с решающим преимуществом) 44.Лh8+ Kpd7 45.Фh3+ Kpc6 46.Фc8+ Kpb6 47.Cxd4+ Kxd4 48.a5+!, и белые выигрывают.

3b) 42...c3! (единственный ход) 43.a5 b2! (43...Фе5? 44.Фh3! Лb8 45.Лxd4 Kxd4 46.Лh8+ Kpf7 47.Фh7+ Фg7 48.Фxg7+ Kpxg7 49.Лxb8 b2 50.a6, и белые побеждают, так как пешки чёрных остановлены) 44.Фxc2 Фb3 45.Лxe7+ Kpf8 46.Фxb3 Лxb3 47.Лс7b1Ф 48.Ch6+ Kpe8 49.Лxb1 Лxb1+ 50.Kpg2, и окончание должно закончиться вничью, хотя у белых и есть в нём некоторый перевес.

42...Kpd7


Конечно, не 42...Cxh8?? 43.Фxh8+ Kpf7 44.Лd8 с матом. После хода в партии у чёрных ясный перевес.

43.Ла8?

Последняя ошибка. Белые хотят сыграть 44.Фh8 Kpc6 45.Лxd4 Kxd4 46.Ла6+ с решающей атакой, но ладья прикрывала жизненно важное поле h3, и чёрные этим немедленно пользуются. Другие продолжения:

1)      43.Се3? Kxe3 44.Лxd4+ Kpc6 45.Лdd8 (45.Фb2 проигрывает из-за ответа 45...Фf6) 45...Фf6! (единственный путь к победе, так как 45...b2? 46.Лxc8+ Фxc8 47.Лxc8+ Kpd7 48.Лc7+!Лxc7 49.Фxb2 даже даёт белым шансы на выигрыш) 46.Лс8+ Kpb5. Как только шахи закончатся, пешки чёрных решат исход борьбы.

2)      43.а4? Kpc6! 44.Ла8 b2 45.Ла6+ Лb6 46.Лxb6+ Cxb6 47.Фh8 Kd4! 48.Kpg2 (48.Фa8+ Kpc5 также безнадёжно для белых) 48...c3 49.Фa8+ Kpc5 50.Фa6 b1Ф 51.Лxb1 Фа2+, и чёрные побеждают.

3)      43.Фе2?! Лb5! (43...Kpc7? 44.Cf4+ Kpb6 45.Лxd4! Kxd4 46.Ce3 Фf6 47.Лс8 с вероятной ничьей, продолжение 43...Kpc6? 44.e5! рассматривается в варианте 5) 44.Ce3 Фf6 45.Лh3 Kxe3 46.Фxe3 e5 (чёрные обеспечивают своему слону позицию на d4) 47.f4 (единственный шанс, так как в противном случае пешки ферзевого фланга принесут победу чёрным) 47...b2 48.fxe5 Фxe5 49.Фxd4+ (49.Лxd4+ Kpe6 50.Лd1 Лb3, и чёрные выигрывают) 49...Фxd4 50.Лxd4+ Kpe6 51.Лd1 Лh5!, финальная точка, теперь чёрные пешки неудержимы.

4)      43.Cxe7?! Kpc6 (43...b2? 44.Cb4! в пользу белых, а 43...с3?? проигрывает ввиду 44.Сс5!) 44.Cg5 (или 44.Cb4 Фе5! 45.Лс8+ Лс7 46.Лxc7+ Kpxc7 47.Фh7+ Фg7 48.Фh2+ Kpb7 49.Cd6 Фf7 50.f4 c3, и чёрные должны одержать победу, так как их пешки представляют слишком грозную силу) 44...Се5! 45.Cf4 Фf7! 46.Cxe5 Фxf3+ 47.Фg2 Фxg2+ 48.Kpxg2 Ke3+ 49.Kpf3 Kxd1 50.Лс8+ Kpd7 51.Лxc4 b2 52.Cxb2 Kxb2, и лишней фигуры чёрным должно хватить для победы.

5)       43.е5! (единственная реальная попытка спастись, как ни удивительно, здесь не всё так ясно) 43...Kpc7 (43...Kpc6 44.Фе2 Kpb5 45.Kpg2 даёт белым неплохие шансы на спасение) 44.Лh4 Лh5, и несмотря на значительное преимущество чёрных, позиция остаётся весьма запутанной.

43...b2

Теперь чёрные побеждают.

44.Фh8

44.Фxc2? проигрывает ввиду 44...Фh3+ 45.Фh2 Фxf3+, поэтому белые создают намеченную угрозу, но она оказывается недостаточной, поскольку чёрная пешка уже находится на b2.

44...Kpc6!

 

Единственный не проигрывающий ход, но он даже приводит к победе благодаря тому, что чёрные имеют возможность превратить свою пешку в ферзя с шахом (если белые возьмут на d4).

45.Фе8+

Чёрные побеждают и во всех других вариантах: 45.Ла6+ Kpb5, 45.e5 Cxe5 46.Фе8+ Kpb6 47.Kpg2 Cc7! и 45.Лxd4 b1Ф 46.Kph2 Kxd4 47.Ла6+ Kpc5 48.Лa5+ Kpb6 49.Фd8+ Лс7.

45...Фd7

46.Фxg6+

Или 46.Лс8+ Kpb5.

46...e6

Теперь белые вряд ли могут избежать размена ферзей после Фh7+, и чёрные пешки, наконец, получат возможность осуществить свой победный марш.

47.Ла6+ Kpb5

48.Лxe6 Фh7+

Белые сдались.

 

 

После этой партии Ананд стал лидером турнира вместе с Шортом (по 1½ из 2), и они встретились уже в следующем туре. Партия протекала в сложной борьбе, Ананду удалось зажать позицию соперника, однако в цейтноте он выпустил противника из своих тисков. Но затем Ананд всё-таки сумел использовать раскрытое положение чёрного короля и стал единоличным лидером турнира.

В 2013 году мне впервые посчастливилось поработать над переводом дебютной монографии. Считаю, что с ней мне также повезло. Было предложено перевести работу по защите Уфимцева (естественно совмещённой с Современной защитой) Виктора Москаленко. Немного удивляло, что приходится переводить автора, родным языком которого является русский. Но в современном мире бывают и не такие выкрутасы. Виктор Москаленко – автор многих книг (и не только по дебюту), и все они имеют хорошие отзывы. Его книги выходили сначала на испанском, затем переводились на английский, каталанский, а теперь и на русский. Работая над переводом, я держал постоянную связь с автором, обменивался с ним сообщениями по поводу не вполне понятных мест, а по завершении работы сразу же отослал Виктору русский текст. Насколько помнится, каких-либо нареканий он не вызвал.

Данная монография была издана в издательстве «Русский шахматный дом» весной 2016 года.

 

Предлагаю вашему вниманию начало книги.

 

Виктор Москаленко

Защита Пирца-Уфимцева и Современная защита.

Актуальные системы

Стратегические планы и плодотворные идеи

 

 

Предисловие Василия Иванчука

 

Уважаемые читатели!

 

Вы заинтересовались шахматами, а значит, не можете пройти мимо столь важного аспекта игры, как теория дебютов. Хотя великий Хосе Рауль Капабланка и советовал начинать изучение шахмат с окончаний, мне все же трудно представить, как можно "дожить" до эндшпиля, не имея хотя бы элементарного представления о дебютных принципах. Особенно в наше время, когда осваивать разные варианты "на скорую руку", при грамотном использовании учебника и компьютера, может практически каждый.

Настоящая книга посвящена защите Пирца, хотя во многих учебниках (особенно советских) ее связывают с именем мастера из Кустаная Анатолия Уфимцева. Автор подробно разбирает разные варианты этого начала. Хотя книга в основном предназначена для высококвалифицированных шахматистов, думаю, что она будет полезна и для любителей. Помимо главных стратегических планов, автор обращает особое внимание на ловушки и нестандартные тактические замыслы.

Теперь о самом дебюте. Играя защиту Пирца, черные не ставят перед собой задачу уравнять положение. Они стремятся получить сложную игру, зачастую отдавая пространство и даже подвергая своего короля опасности прямой атаки. Но разыгрывание подобных позиций и использование в них всех своих (зачастую неочевидных) шансов является большим искусством, овладеть которым очень полезно для игрока любого уровня.

 

Виктор Москаленко уже написал ряд книг по различным дебютным системам. Сразу вспоминаются Нимцович с 4.f3 (Revolutionize Your Chess, 2009), французская защита (The Flexible French, 2008; The Wonderful Winawer, 2010) и будапештский гамбит (The Fabulous Budapest Gambit, 2007). В качестве иллюстрации автор приводит большое число своих партий с очень интересными комментариями, причем не только с шахматной, но и с психологической точки зрения. Поэтому данная книга не только является дебютным руководством, но и полезна для дополнительного изучения характерных миттельшпильных, а в некоторых случаях даже эндшпильных позиций. Кроме того, Вы сможете ознакомиться с особой методикой анализа Виктора Москаленко, которая, безусловно, поможет вам не только в изучении защиты Пирца, но и при систематизации и обработке узловых моментов в других дебютах.

Желаю удачи!

                                                                                                                   Василий Иванчук

 

Введение

 

Удиви противника, разыграв защиту Пирца-Уфимцева!

 

В начале XX века в шахматах возникло течение гипермодернизма.

Тогда многие игроки открыли «тёмную сторону» шахмат (динамику борьбы); древняя игра оказалась богаче, чем о ней думали ранее. Шахматы сразу стали меняться, на смену классическому стилю ведения партии пришла более активная и непредсказуемая игра.

Следствием подобного развития стало применение новых дебютов. В некоторых из них захват центра пешками был заменён фигурным давлением на него.

 

Настоящая книга как раз и посвящена одному из таких начал - защите Пирца-Уфимцева. Помимо классической вариации этого дебюта, здесь рассматривается и современная система, выделившаяся в отдельный дебют под названием Современная защита.

 

Классическая система - 1.e4 d6 2.d4 Cf6

 

 

Современная защита - 1.e4 g6

 

 

Обе системы давно завоевали репутацию универсального дебютного оружия в руках творчески мыслящего шахматиста.

Провал многочисленных попыток с ходу опровергнуть построение чёрных быстрым занятием центра и прямой атакой на короля (например, Австрийская атака с ходом f2-f4) доказывает, что данный способ развития и сегодня вполне жизнеспособен и богат контршансами.

            В настоящей работе рассматриваются все главные линии как за белых, так и за чёрных, а также ряд редких вариантов.

 

Основные дебютные идеи и пешечные структуры

 

Белые:

* Удержание центра и развитие

* Наступление в центре (e4-e5)

* Атака на королевском фланге (h2-h4)

* Типовая атакующая расстановка сил - f3/Ee3/Id2/Eh6 и т.д.

 

Чёрные:

* Подготовка подрыва e7-e5

* Универсальное построение с пешками на c6 и b5

* Современная расстановка: пешки на a6 и b5

* Структура варианта Дракона после c7-c5 (встречается не так часто)

* Структура защиты Бенони после c7-c5 и ответа d4-d5

* Староиндийские построения: e7-e5 и ответ белых d4-d5

* Испанские мотивы: после e7-e5

* Защита Филидора: после e7-e5 и e5xd4

 

Приведённый перечень возможных структур свидетельствует о необычайной гибкости и амбициозности защиты Пирца-Уфимцева. Мы неоднократно будем видеть мотивы из сицилианской защиты, защиты Бенони и ряда других дебютов, а также переходы из одного начала в другое – и всё это в пределах одного поединка.

Работая над книгой, я обнаружил огромное количество плодотворных идей за обе стороны; планы, поражающие своей новизной и даже несколько неизученных, но весьма привлекательных систем.

 

Идеальный игрок для защиты Пирца-Уфимцева

 

Уже в начале партии белые могут пойти в форсированные и агрессивные варианты либо избрать один из многочисленных позиционных планов, т.е. каждый раз играть в разном стиле. И всё же, возникающие позиции и сама игра в защите Пирца-Уфимцева чаще всего отличаются необычайной динамичностью.

            Этот фактор позволил собрать в данной книге большое количество великолепных, незабываемых поединков, причём выдающуюся игру в них демонстрировали как белые, так и чёрные.

            Как обычно в моих книгах, я постарался не слишком углубляться в компьютерные варианты, вместо них предлагается материал, в основе которого лежит человеческая логика. Одной из сильных сторон лучших игроков является умение вести борьбу на крепкой позиционной основе, в первую очередь этому и нужно у них учиться. И только потом следует переходить к использованию компьютеров в обучении шахматам.

            «Одним из секретов успеха в наши дни является умение максимально эффективно работать с компьютером, при этом не позволяя ему негативно влиять на ваши мыслительные способности», - сказал гроссмейстер Борис Гельфанд в преддверии матча на первенство мира с Виши Анандом в своём видеоинтервью «Непобедимых нет, никто не застрахован от ошибок».

            В наше время защита Пирца-Уфимцева (вместе с Современной защитой) по-прежнему входит в репертуар многих шахматистов как прекрасная возможность завязать динамичную борьбу в ситуации, когда необходимо играть на выигрыш чёрными. Вместе с тем, её применяют и такие супергроссмейстеры, как Иванчук, Грищук, Крамник и Накамура: они отлично знают, как использовать «активную сторону» своего шахматного таланта. Подобная перспектива фактически позволяет им вывести шахматную игру на новый уровень.

Идеальному игроку, применяющему защиту Пирца-Уфимцева, совсем необязательно обладать феноменальной памятью и какими-то сверхъестественными способностями к мышлению. Прежде всего, ему нужно почувствовать это восхитительное начало, проникнуться его боевым духом и тогда можно смело бросаться в борьбу!

 

Виктор Москаленко,

Барселона, декабрь 2012 г.

 

Глава 1

Австрийская атака: Введение

 

1.e4 d6 2.d4 Cf6 3.Cc3 g6 4.f4 Eg7 5.Cf3

 

Австрийская атака

 

Атака четырёх пешек в староиндийской защите

 

Вопрос

Почему Австрийская атака долго считалась одним из самых опасных способов борьбы с защитой Пирца-Уфимцева? Чтобы ответить на этот вопрос, давайте сравним два схожих дебютных построения – обратите внимание на различия!

На Диаграмме 2 пешка находится на с4, белые захватывают больше пространства и имеют перевес, если исходить из общих стратегических законов. Однако, их силы пока плохо развиты, поэтому на ближайших ходах какие-либо тактические осложнения вряд ли возможны.

Оставляя же пешку на с2 (Диаграмма 1), белые экономят темп для развития коня (Cf3), и этот фактор придаёт позиции гораздо больше динамики – прямая атака путём е4-е5 здесь уже является опасной угрозой!

 

Характерные особенности Австрийской атаки

* Борьба за инициативу (или стратегическое преимущество) разворачивается, главным образом, в центре и на королевском фланге.

* Белым нужно будет сделать ещё несколько развивающих ходов – иначе их атака провалится (см. Партия № 1).

* Типовые пешечные структуры схожи со структурами таких дебютов, как староиндийская защита, защита Бенони и вариант Дракона сицилианской защиты, отсюда и типичные методы игры в атаке и защите (см. «Направления игры»).

* В данной линии множество острых вариантов и попыток провести стремительную атаку – но благодаря компьютерам и прогрессу современного дебютного анализа, большинство из них можно смело выбросить в мусорную корзину!

 

Партия № 1Бык и Матадор: 5.e5 Cfd7 6.h4

НА ЗАМЕТКУ: Продвижение е4-е5 всегда было и будет самой прямолинейной и конкретной попыткой опровергнуть защиту Пирца-Уфимцева. В данном варианте, как и во многих других схожих линиях, белые обычно недостаточно развиты для подобного решения. Их стремление сделать этот энергичный ход можно сравнить с боевым инстинктом быка – или матадора, всё зависит от финального результата.

 

Николо Наполи – Виктор Москаленко

Барселона 2012

1.d4 Cf6 2.Cc3 g6 3.e4 d6 4.f4 Eg7 5.e5!?

Белые полны энтузиазма и сразу идут в острый вариант.

 

 

5...Cfd7

 

Чёрные намерены подорвать пешечный клин соперника типовым ударом c7-c5.

НА ЗАМЕТКУ: Как мы увидим в следующих главах, размен пешек 5...dxe5!? – менее привлекательная возможность, однако, обычно он способствует уменьшению инициативы белых. В данном конкретном положении после ответа 6.fxe5 лучшим методом игры за чёрных будет 6...Cfd7 7.Cf3 c5!Z.

 

Альтернативное взятие  - 5...dxe5 6.dxe5 Ixd1+ 7.Kxd1 Cg4 8.Cd5 Kd8d (мы рассмотрим важное окончание с такой же пешечной структурой  в примечаниях к Партии № 8 - после 6.e5 dxe5).

 

 

9.Ke1 Ee6 10.Cc3 Cc6 11.Cf3 f6! 12.h3 Ch6 13.Eb5 Cb4Хектор-Смирин, Осло 1994.

6.h4

Типичная «атака быка», однако, в данной позиции (уже на 6-м ходу!) это почти новинка. Только две партии развивались подобным образом, в 1966 и 1972 годах. Когда я вижу такой ход за доской, приходится даже напоминать себе, что я гроссмейстер, профессионал, а не любитель какой-нибудь.

В случае 6.Cf3 c5! возникает позиция из Партии № 3, а после 6...0-0 7.h4 из Партии № 8.

6...c5d 7.h5 cxd4!

В результате возникло запутанное положение.

 

 

8.h6N

За доской я ожидал этого немедленного нападения на фианкеттированного слона. Удивительно, но мой молодой противник считал данную тактическую операцию своим главным оружием против защиты Пирца-Уфимцева!

Впрочем, встречавшееся ранее 8.Ixd4 dxe5 приводит просто к потере пешки без особой компенсации: 9.If2 Cc6 10.hxg6 hxg6 11.Gxh8+ Exh8 12.f5 gxf5 13.Ixf5 Cf6Тредуп-Этцель, Крумпа 1972.

8...Exe5!

Лучшее решение. Поскольку вертикаль h теперь заблокирована, можно будет спокойно рокировать на королевский фланг. В случае скромного отступления 8...Ef8 9.Ixd4 Cc6 10.If2 dxe5 11.Cf3! и т.п. у белых активная игра; 8...Exh6 же ещё больше запутывало положение!

9.fxe5 dxc3 10.exd6

Критический момент для чёрных.

 

 

10...Ia5!?

Компьютер рекомендует в качестве лучшего продолжения простое развитие: 10...Cc6 11.Ce2 cxb2 12.Exb2 Cde5 (12...0-0) 13.Id2 0-0 14.0-0-0 и здесь 14...Eg4!?P (либо 14...exd6P) даёт чёрным ясное преимущество, но в практической игре положение остаётся сложным.

11.b3d 0-0! 12.Id4!?

Ещё один тревожный для меня звонок: угрожает Ig7#. 12.dxe7 лишь способствует активности чёрных: 12...Ge8 13.Id4 Gxe7+ 14.Ce2 Ce5P.

12...e5! 13.If2 Cc6

Теперь белые должны придумать что-то особенное, иначе их «бычья стратегия» потерпит крах.

14.Ec4

Если 14.Ee3, то 14...Id8!? с идеей выпрыгнуть конём  - Cf6-g4. На 14.a4!? я планировал упрощения путём 14...Ic5!?, как и в партии: 15.Ixc5 Cxc5 16.Ea3 и теперь 16...Cd4! 17.0-0-0 Ce4N.

Здесь я предпочёл бы играть чёрными, хотя позиция по-прежнему сложная.

14...Ic5

Предложение разменять ферзей связано с психологическим аспектом игры. Соперник хочет атаковать, так как он менее искушён в других областях игры. Компьютер считает, что сильнее 14...Cb4! (с идеей b7-b5) 15.a4, и только здесь 15...Ic5P.

15.Ee3

Мой скромный замысел заключался в 15.Ce2!? Ixf2+ 16.Kxf2 Cb6, собираясь переиграть менее квалифицированного оппонента в сложном эндшпиле.

15...Cd4!

 

 

Угрожает типовой удар 16...Cxc2+.

16.Gh3?

Белые немного запутались, непонятно, атакуют они или защищаются. Лучше было 16.Exd4 exd4 17.Ce2 b5 18.Ed3 a6N.

16...Ixd6

Теперь очевидно, что чёрные побеждают.

17.Cf3

Лучше было 17.Gd1 Cf6!.

17...Cb6! 18.Cxd4 exd4 19.Ef4 If6! 20.Gf3 Cxc4 21.bxc4 Eg4

И белые сдались.

 

Выводы по атаке «Бык и Матадор»

Надеюсь, что эта совсем свежая миниатюра послужит неплохой иллюстрацией причин и следствий, а также боевого духа таких поспешных атак. Защищаться от них непросто, даже игрок уровня турниров B и C может осуществить матовую комбинацию!

 

Направления игры (Главы 2 и 3) – Немного теории

По мнению ряда авторов книг о защите Пирца-Уфимцева,  Австрийская атака – наиболее нагруженная теорией часть дебютного репертуара, требующая обширной работы по запоминанию. Для меня же (как опытного автора книг по французской защите, а также известного поклонника Атаки четырёх пешек в староиндийской защите), наоборот, анализ и изучение наиболее важных разделов данной линии оказался лёгкой прогулкой!

            Фактически, когда чёрный конь уже выведен на f6, обе стороны на 5-6-м ходах имеют несколько традиционных возможностей:

 

Глава 2: Австрийская атака – 5...c5

Партия № 2 – Главное продолжение: 6.Eb5+

Партия № 3 – Всё ещё преждевременное продвижение: 6.e5

Партия № 4 – Игра по типу варианта Шмида в Бенони (A43): 6.d5

Партия № 5 – Позиционный путь: 6.dxc5 Ia5 7.Ed3 (плюс ряд других ходов)

Партия № 6 – Стратегия надёжности: 7.Id4

 

Глава 3: Австрийская атака – 5...0-0

Партия № 7 – Два варианта, направленные против хода c7-c5: 6.Ee3 и 5./6.a3

Партия № 8 – Пешечное наступление: 6.e5

Партия № 9 – Спокойное развитие: 6.Ee2

Партии №№ 10-14 – Главное продолжение: 6.Ed3

Партия № 10 – Шаблонный ход 6....Cbd7?!; преждевременная связка 6...Eg4?!; и подрыв 6...c5?!

Партии №№ 11 и 12 – Провокационная расстановка: 6...Cc6, с попыткой перейти в староиндийскую защиту после e7-e5

Партии №№ 13 и 14 – Гибрид с защитой Бенони: 6...Ca6, подготавливая c7-c5

 

Лаборатория

 

Под этим подзаголовком я буду освещать наиболее важные замечания, новинки и главные рекомендации из демонстрационных партий, которые будут далее анализироваться. Однако,в данных двух главах идей обнаружилось настолько много, что изучать их, видимо, лучше всего в самих партиях и вступлениях к ним.

 

Перевод производился в 2013 году, русский текст книги был опубликован в феврале 2015 года.

 

 

Об этой книге (от переводчика)

 Дорогие читатели и любители шахмат!

 

Перед вами одна из самых неоднозначных книг о шахматах. Несмотря на то, что написана она шахматистом, более того, очень сильным игроком (в 30-е и 40-е годы XX века Ройбен Файн 3 раза выигрывал с командой США золотые медали на Олимпиадах, 7 раз чемпионат США и считался одним из претендентов на звание чемпиона мира), здесь он выступает в другой своей ипостаси – известного учёного-психоаналитика. В 1948 году Файн отказался от участия в матч-турнире, в котором после смерти Алехина определялся новый чемпион мира, и целиком сосредоточился на своих научных интересах (сразу после второй мировой войны он получил степень доктора психологии и занял профессорскую должностьв Южно-Калифорнийском университете). В этот период он почти не участвовал в серьёзных соревнованиях, ограничившись написанием ряда весьма неплохих книг, освещавших различные области шахматной игры.  Но данное эссе – плод усилий психоаналитика, а не шахматиста, от последнего автор позаимствовал лишь знание шахматной истории, фактов и психологии своих бывших коллег. Правда, автор и не собирался выносить свои мысли на всеобщее обозрение. Изначально работа была адресована узкому кругу экспертов: в 1956 году она была опубликована в специализированном академическом издании – журнале-альманахе «Психоанализ». Характерным был и первоначальный заголовок: «Наблюдения психоаналитика о шахматах и шахматистах». Однако в 1967 году издательство Dover Publications решило познакомить весь мир с этим чисто научным трудом, издав его под более общим названием «Психология шахматного игрока», прежний заголовок был приведён лишь в скобках. Полагаю, что после прочтения книги все согласятся с тем, что такое наименование вводит читателя в заблуждение. Главной темой книги Файна является всё-таки не психология шахматиста во всех её проявлениях, а клинические отклонения у игроков, природу которых автор пытается вскрыть при помощи необычайно модной тогда теории психоанализа.

            С большой долей уверенности можно предположить, что изложенная здесь Файном теория вызовет не только недоумение, но и возмущение у всех, кто любит шахматы и посвящает им немалую часть своей жизни. Однако, с любым мнением бывает полезно ознакомиться, хотя бы для того, чтобы его категорически отвергнуть. Прежде всего, конечно, явной нелепицей выглядит постоянное объяснение каких-то решений и вообще изменений на шахматной доске в связи с либидо игрока, его якобы скрытыми в подсознании сексуальными мотивами. Таких примеров в книге масса, и они вызывают лишь отторжение по отношению к книге и её автору. Но надо помнить, что в те годы теория психоанализа только развивалась, и многие впадали в крайность, объясняя сексуальной сферой решительно всё в поведении. Да, многие мысли автора вызовут, в лучшем случае, улыбку, однако, нужно отдать должное Файну, который добросовестно пытается выяснить, с чем конкретно были связаны те или иные отклонения в поведении у шахматистов. Вновь напомню: данный труд первоначально был адресован исключительно специалистам по психоанализу и не предназначался к широкой огласке.

             Добавлю ещё написанную мной аннотацию к книге:

«Вашему вниманию предлагается весьма неоднозначная работа на шахматную тему. Она написана одним из сильнейших шахматистов своего времени, претендентом на шахматную корону Ройбеном Файном, однако речь в ней идёт не о красоте шахматных комбинаций или великих стратегических замыслов, и даже не о психологической составляющей шахматиста-спортсмена, как можно было бы подумать из названия. Ройбен Файн был одним из сторонников весьма молодой тогда психоаналитической науки, и в данной работе он смотрит на шахматистов и их творчество именно как последователь Фрейда. Многие выводы Файна сейчас выглядят смехотворными, если не сказать больше. Да, многие мысли автора вызовут, в лучшем случае, улыбку, однако, нужно отдать должное Файну, который добросовестно пытается выяснить, с чем конкретно были связаны те или иные отклонения в поведении у шахматистов».

 

Отрывок из книги

Суть настольных игр, как правило, состоит в том, чтобы, перемещая фигуры на доске, уничтожить боевые единицы противника (как, например, в обычных шашках), либо загнать их в заранее определённое положение (как в китайских шашках). Как только это происходит, партия признаётся выигранной. В шахматах же мы видим уникальную особенность: цель игры здесь – заматовать Короля противника. Отсюда совершенно новый свод правил, регламентирующий, каким образом мат может быть поставлен или не поставлен, именно эти правила и придают шахматной игре такую исключительность. Разумеется, взятие вражеских фигур присутствует тоже, но, в отличие от других игр, можно забрать почти все силы противника и всё равно проиграть.

Таким образом, Король совершенно необходимая и чрезвычайно важная составная часть игры. К тому же, его нельзя заменить. Теоретически на доске могут появиться девять Ферзей, десять Ладей, десять Коней или десять Слонов (как результат превращения Пешек), но Король всегда только один.

Все указанные свойства Короля (обязательное присутствие на доске, архиважность и незаменимость) заставляют вспомнить о верховных властителях Востока. Правда, есть одна существенная разница: Король на доске – слабая фигура. Его собственные возможности весьма ограничены. Для других фигур можно установить приблизительные эквиваленты их силы. Например, три пешки стоят как одна лёгкая фигура, а две лёгкие фигуры как ладья и пешка и т.п. Ввиду особой природы Короля для него таких эквивалентов нет. Тем не менее, в самом приближённом виде, говорят, что Король немного сильнее Пешки, но не дотягивает по силе ни до одной из фигур (строго  говоря, Короля даже нельзя рассматривать как «фигуру», в узком терминологическом смысле разделяют Пешки, Фигуры (лёгкие и тяжёлые) и Короля). В результате, Короля приходится большую часть игры укрывать в безопасном месте (при помощи рокировки). Он может двинуться вперёд, только когда произошли многочисленные размены,  особенно, если с доски исчезли Ферзи. Несмотря на крайнюю важность Короля (вернее было бы сказать, из-за неё – прим. перев.), другие фигуры  должны защищать его, а не он их.

Насколько я сумел установить (26), ни в одной другой настольной игре нет фигуры, которая бы так радикально отличалась по своим свойствам. В шашках, например, Дамка (по-английски также King – «Король» - прим. перев.) – это всего лишь увеличение силы простой шашки, и её можно брать, как и другие боевые единицы. Именно Король делает шахматы такими уникальными. 

Соответственно, Король должен быть центральной фигурой и в символике игры. Кратко резюмируем: Король – это необходимая, крайне важная, незаменимая, но вместе с тем слабая и требующая защиты фигура. Данные качества приводят к множественности символических смыслов (сверхдетерминированности) Короля. Во-первых,  он обозначает пенис мальчика в фаллической фазе, а значит, характерный для этого периода страх кастрации. Во-вторых, он придаёт ряд основных характерных черт образу собственного Я, позволяет соотнести себя с людьми, которых все считают очень важными, необходимыми и незаменимыми. Что позволяет говорить о дополнительной возможности возникновения конфликтов на почве нарциссизма. В-третьих, это отец, низведённый до положения сына. Подсознательно Король даёт мальчику возможность сказать отцу: «Возможно, во внешнем мире ты большой и сильный, но когда ты попадаешь сюда, то становишься таким же слабым, как я, и нуждаешься в не меньшей защите, чем я.»

Любая игра, по сути, запускает процесс уравнивания людей: на беговой дорожке, на бейсбольной площадке, за шахматной ли доской – все люди равны. В шахматах, однако, есть дополнительный фактор, выделяющий их среди других игр:  наличие фигуры, отличающейся по своей ценности от всех других, фигуры, вокруг которой вертится вся игра. Существование Короля делает возможным процесс идентификации, который выходит далеко за рамки возможного в других играх. (Д-р Теодор Рейк указывал, что правила, регламентирующие возможности шахматного Короля, поразительно похожи на многочисленные специальные табу, окружающие вождей первобытных племён.См. З.Фрейд «Тотем и табу», Часть II,  раздел b - Табу властителей.)  Тем самым шахматы предоставляют личности большие возможности для самоутверждения.

Ладья, Слон, Конь и Пешка также нередко символизируют пенис. Кроме того, они могут иметь и другие значения. Для одного игрока фигура «Слон» подсознательно являлась образом Супер-Эго (Супер-Эго (или Сверх-Я) — в психоанализе так называют моральные установки человека: представление человека о том, что в этом обществе он должен делать, а что — нет – прим. перев.) – её наименование (по-английски Bishop - «епископ» - прим. перев.) воспринималось им буквально. Фигура «Конь» (по-английски Knight означает «рыцарь, всадник» - прим. перев.) может символизировать просто лошадь, иногда её так и называют - «Horse».   

Пешки символизируют детей, особенно маленьких мальчиков. Они могут вырасти, повзрослеть (превратиться в другую фигуру), когда доберутся до восьмой горизонтали, но стать «Королём» (и это весьма важно) не могут. На символическом уровне данное ограничение при превращении пешки означает, что разрушительная сторона соперничества с отцом усиливается, тогда как созидательный аспект этих отношений, который мог бы помочь мальчику стать похожим на отца, не реализуется. Итак, мы можем ожидать у шахматиста, с одной стороны, весьма критичное отношение к авторитетам, а с другой, неспособность или нежелание идти по стопам отца. (Я заметил, что у очень малого числа шахматных профессионалов сыновья становятся сильными шахматистами, бессознательно отцы не допускают идентификации своих детей с собой.) Контраст между сильным Королём и скромной Пешкой также способствует символической многозначности, свойственной образу собственного Я шахматиста, той многозначности, что совершенно ясно просматривается и в образе самого Короля.

Ферзь (по-английски Queen – «Королева» - прим. перев.), как и следовало ожидать, означает женщину или образ матери. До проникновения шахмат в Европу (XIIIвек) Ферзь не был такой мощной фигурой, какой он является сейчас. Очевидно, это прямое отражение различного отношения к женщине на Востоке и Западе. Джонс замечает, что психоаналитиков совсем не удивляет, когда они узнают, что в атаке на Короля (читай «отца») главную ударную силу составляет именно Ферзь.

Резюмируем: шахматы могут символизировать ситуацию в семье.  Это может объяснять, почему шахматы обладают такой притягательной силой. В своих мыслях и фантазиях игрок может сотворить то, что он никогда бы не сумел совершить в реальной жизни.

Обратимся теперь к Эго шахматного игрока. Начнём с того, что он использует преимущественно интеллектуальные, умственные формы защиты. В шахматах мысль заменяет действие. В отличие от других видов спорта, например, бокса, здесь нет никакого физического контакта. Нет даже той опосредованной формы физического контакта, которая имеет место в теннисе или гандболе, где игроки бьют по одному и тому же предмету (мячу). Шахматисту разрешается касаться фигуры соперника только с целью её взятия, когда, согласно правилам, фигура должна быть убрана с доски.

Когда игроки становятся профессиональнее, запрет на физический контакт становится ещё строже. В партиях мастеров неукоснительно соблюдается правило «тронул-ходи». Если игрок дотрагивается до фигуры, он обязан сходить ею. Если он касается фигуры нечаянно, то должен сказать «jˊadoube», что в переводе с французского означает «поправляю». Правила международных шахмат требуют, чтобы эта фраза была сказана по-французски.

 В такой форме шахмат, как игра по переписке, расстояние между партнёрами ещё больше, они никогда не видят друг друга. Все ходы пересылаются по почте. Здесь можно касаться фигур, но игроки, конечно, никогда не встречаются друг с другом.

Учитывая глубокий фаллический символизм шахматной игры, запрет на прикосновение имеет два смысла с точки зрения бессознательного, или, если сказать иначе, Эго игрока ограждается от двух угроз. Первая – это мастурбация (не трогай мой пенис, не трогай мои фигуры, а если тронешь, будь готов извиниться). Другая угроза – гомосексуальность, или телесный контакт между двумя особями мужского пола, в первую очередь, взаимная мастурбация.

Помимо этого чисто оборонительного свойства, умственная деятельность в шахматах имеет множество других смыслов. Для стороннего наблюдателя безразличие к окружающему миру представляется наиболее отличительной чертой шахматного игрока. Многочисленные карикатуры изображают двух шахматистов, которые начинают партию ещё мальчиками, а заканчивают уже седобородыми стариками.

Сами игроки вполне сознают свою склонность полностью уйти в свои мысли, забыв о физической деятельности. Это представляет для них настолько большую опасность, что в турнирах пришли к необходимости ограничивать время на ходы. Примерно с 1880 года все соревнования проводятся с использованием шахматных часов. Забавный случай произошёл в партии Паульсен - Морфи, которая игралась ещё без часов. Соперники  просидели за доской одиннадцать часов, не сказав ни слова и не сделав ни одного хода. В конце концов, Морфи, проявивший невероятную терпеливость, вопросительно взглянул на соперника. Тогда Паульсен спросил: «Так сейчас мой ход?»

  Игрок может думать часами над одним ходом, но в случае необходимости он может делать ходы и со скоростью молнии. Турниры по быстрым шахматам, или рапиду, которые сейчас так часто можно увидеть, играются с контролем 10 секунд на ход. Иногда мастера играют даже в так называемый «блиц», где они обязаны отвечать мгновенно, меньше чем за секунду. При таких контролях времени появляется возможность за один вечер сыграть десятки, а порой и сотни партий.  Самая медленная из игр становится самой быстрой.

Упомянутые выше контрасты весьма характерны для всего процесса мышления в шахматах. В турнирах обычным контролем времени является два с половиной часа на 40 ходов. Это означает, что игрок может распределять время по своему усмотрению, лишь бы он успел сделать 40 ходов в отведённые ему два с половиной часа. Нередко случается, что игрок затратил, скажем, два часа и 28 минут на 25 ходов. Тогда на оставшиеся 15 ходов у него остаётся всего две минуты. Такая ситуация известна как цейтнот. Испытывая столь колоссальную нехватку времени, шахматист, который до этого почти не двигался, за оставшееся время часто делает все необходимые ходы, да ещё и с поразительной точностью.  Невольно задаёшься вопросом, о чём же он думал раньше? Если можно найти хороший ход за десять секунд, зачем тратить на него полчаса?

Ответ на этот вопрос заключается в постоянной неопределённости, которая окружает шахматиста. Позиции, которые получаются в процессе игры, очень часто весьма сложны. В ряде случаев бывает нетрудно обнаружить верное продолжение, но в большинстве это не так. На тщательный анализ всех возможностей и определение лучшего хода могут уйти часы, иногда дни. За доской мало кто может быть уверен, что нашёл правильное решение, чаще всего полагаются на так называемую «оценку позиции» или «интуицию». Представление дилетанта, что шахматный мастер может заглянуть на 25 ходов вперёд – не что иное, как миф, хотя профессионал, разумеется, рассчитает варианты точнее, чем новичок.

Таким образом, игрок постоянно пребывает в состоянии неуверенности в себе. Если его вынудить, он может что-то предпринять и разрубить гордиев узел, если же нет, он предпочитает проверять и отсеивать идеи, пока не подойдёт как можно ближе к верному ответу.

Де Гроот уподобляет этот процесс научному исследованию, в котором различные гипотезы изучаются экспериментальными методами. Однако, есть одно существенное отличие. Шахматный игрок свои гипотезы может проверить только в уме; как только он приходит к какому-либо решению, то должен поставить на него всё. Таким образом, он испытывает гораздо большее напряжение, чем, например, исследователь химических процессов, который может выбрать и осуществить одно предположение, а если оно не подтвердится, перейти к другому.

Когда очередь хода за соперником, игрок часто имеет много времени на раздумья – пять, десять минут, иногда полчаса или даже час. Можно было бы предположить, что в это время он будет изучать положение на доске.  Но такое происходит редко. Большую часть такого времени он  тратит на обычные мысли, никак не связанные с шахматами.  При этом напряжение за доской сохраняется, так как игрок не знает, в какой именно момент его снова призовут делать ход.

Итак, вновь мы видим яркий контраст: возбуждение, неопределённость, напряжённые поиски при своём ходе и праздное времяпрепровождение при ходе соперника.  И, на протяжении всей партии, состояние непрекращающейся общей напряжённости. Поэтому не вызывают большого удивления многочисленные жалобы шахматистов на то, что игра заставляет их «нервничать». Многие бросают шахматы, потому что не могут выдерживать напряжения или приходят к выводу, что они не стоят затрачиваемых усилий.     

Что касается разговоров во время игры, то здесь в шахматах наблюдается такой же парадокс.  Правила запрещают игрокам обмениваться фразами, но любопытное исключение составляют нетурнирные поединки, когда соперники ударяются в другую крайность и не перестают разговаривать за доской. Кто-то декламирует стихи Льюиса Кэролла. А кто-то придумывает особый нелепый язык, не имеющий никакого смысла и понятный только ему одному. Например, один, делая шах, может в этот момент сказать сопернику: Шминкускрачустифусмитплафкесшрум-шрум».   А другой: «Давай уедем в город Вера-Крус, в котором четыре Н». Ничего подобного в обычной речи не наблюдается. Играющие словно дают понять, что любая физическая деятельность сейчас воспринимается ими несерьёзно, на детском, инфантильном уровне. Разумеется, отклонение слов от их первоначального значения характерно для  обсессивного (т.е. маниакального, навязчивого, одержимого – прим. перев.) мышления.  

Все эти разнообразные крайности делают процесс мышления шахматиста более понятным для нас. Эго шахматиста использует его интеллектуальные способности и фантазии для управления конфликтами. Но оно не позволяет этому процессу (мышлению) заходить слишком далеко. Поскольку шахматы – это живая игра, шахматист всё время возвращается назад, к реальности. Мысль заменяет действие, но и действие тоже прерывает свободный полёт мысли. В этом отношении шахматист отличается, скажем, от обычного мечтателя или шизофреника, которых ничто не может оторвать от их грёз.

 

Сам процесс мышления всё время меняется: то он требует очень высокой организованности, в определённом смысле сравнимой с решением задачи при научном исследовании, то становится просто выражением самых разнообразных обсессивных наклонностей. Переход от действия к мысли может тогда быть либо реализацией умственных способностей личности, либо защитным манёвром, предохраняющим её от различных страхов перед физическими действиями, либо промежуточной комбинацией этих двух вариантов.