Зенон Франко – весьма известный современный автор шахматных учебников и решебников. Работы Франко отличает то, что все они построены на современном материале. Родился в Парагвае, но постоянно проживает в Испании.

Вашему вниманию предлагаются отрывки из книги.

 

 

Введение

 

Михаил Таль в одной из своих книг рассказал следующую историю. В 1963 году, перед самым началом международного турнира в Центральном шахматном клубе, на дне рождения его друга (не шахматиста) кто-то из гостей вдруг высказал пожелание, чтобы «волшебник из Риги» пожертвовал что-нибудь в первой партии турнира с голландцем Куйперсом.

«Что именно и на каком поле прикажете?», - в шутку спросил Таль. «Ну, скажем, коня на е6», - был ответ.

Естественно, Таль сразу же забыл об этом разговоре. Поединок с Куйперсом на следующий день протекал в спокойной борьбе, но затем в сильнейшем обоюдном цейтноте начались осложнения, и возникла такая позиция:

           М.Таль Ф.Куйперс

Международный турнир ЦШК, Москва, 1963

 

Были сделаны заключительные ходы 36.Кf8+ Крh8 37.Кe6, и ввиду неизбежного мата чёрные сдались.

 

Как только Таль вышел из турнирного зала, его окружили друзья. «Молодец! Ты нарочно так сделал?» - спросил один из них. Таль не сразу понял, о чём идёт речь. «Ты подогнал позицию к последнему ходу конём на е6», - пояснил говоривший.

Только тогда Таль вспомнил о недавнем разговоре и осознал, что происходит. Он пишет далее: «Я понял, что мой шахматный авторитет в нешахматном кругу друзей резко возрос, и, чтобы поддержать его, важно спросил: «Что и где жертвовать завтра?».

Эта забавная история, рассказанная одним из величайших виртуозов атаки в шахматной истории, доказывает, что ход партии мало зависит от нашего желания. Есть масса других факторов, оказывающих более серьёзное влияние на развитие поединка.

Даже такому великому игроку, как Таль, недостаточно было просто сказать себе: «Сегодня я буду атаковать!» и прийти на партию, набрав в грудь воздуха и придав  себе решительный и грозный вид.

Чтобы атака стала возможной, должны присутствовать определённые факторы. Впрочем, согласно учению Стейница, атака может быть и необходимой. Вспомним изречение первого чемпиона мира: «Имеющий преимущество обязан атаковать под угрозой потери своего преимущества».

Сказанное применимо и к тем примерно равным позициям, в которых у первого игрока перевес на одном фланге, а у второго – на другом. Так что если кому-то не удаётся продолжить атаку, это автоматически означает передачу инициативы другой стороне.

Бывают положения, в которых атаковать нужно непременно. Наиболее известен тип позиции, когда короли находятся на разных флангах. Победа в  таких случаях часто приходит к тому, кто опередил соперника в развитии атаки.

Ещё один распространённый тип позиции, когда два слона по открытым диагоналям нацелены в сторону рокировки противника, или когда напротив вражеского короля имеется открытая вертикаль. Разумеется, в таких условиях, первое, что приходит в голову, - это атака на короля.

Среди шахматистов всегда были и есть такие, кого можно, в первую очередь, назвать атакующими игроками, мастерами атаки. Сразу вспоминаются имена Адольфа Андерсена,  Михаила Таля, Пауля Кереса в молодости, Гарри Каспарова, а из действующих шахматистов - Веселина Топалова. Но в современных шахматах стиль большинства игроков многогранен, они способны одинаково хорошо вести борьбу в любом типе позиции.

Это так называемый «универсальный» стиль, главным его представителем раньше был Борис Спасский. Теперь же к его приверженцам можно отнести Виши Ананда, Бориса Гельфанда, Василия Иванчука и многих, многих других.

Вероятно, чтобы лучше разъяснить суть данного стиля, следует привести несколько партий из практики высококлассных шахматистов. Дебютная теория сейчас продвинулась столь далеко, что захватывает миттельшпиль, а шахматная мода диктует постоянное применение ряда сложных вариантов. Доходит до того, что ведущие игроки мира с большой долей вероятности могут прогнозировать, какой характер примет будущая партия: будет ли она проходить в сложной тактической борьбе или сведётся к несложному эндшпилю. Но всё-таки для большинства шахматистов (таких, как мы с вами, простых смертных) настоящая борьба на доске начинается гораздо раньше.

 

Атака в шахматах имеет первостепенное значение, и овладение её секретами является как раз той целью, к которой мы все стремимся. Но искусство атаки, разумеется, не сводится только к умению нанести блестящий финальный удар в лучшей позиции.

Отмечая неординарную игру Алехина, Шпильман писал: «Я могу понять комбинации Алехина, но как он изыскивает возможности для них и каким образом вдыхает жизнь в позицию уже в дебюте, это за пределами моего понимания». Добиться позиции, в которой можно провести комбинацию, на самом деле, наиболее трудная задача. В этой книге мы не просто увидим партии с блестящими концовками, мы также подробно рассмотрим все  стадии, подготовившие эти финалы. С этой целью после главной партии часто целиком разбираются дополнительные поединки. Они помогут нам лучше и глубже понять суть анализируемых явлений.

Отбирая партии для книги, я сознательно (за немногими исключениями) остановил внимание на малоизвестных широкому кругу читателей, но достаточно подробно прокомментированных поединках.

В книге семь глав.

Глава 1 посвящена позициям, в которых хотя бы один из королей остался в центре, и этот фактор сыграл в дальнейшем важную роль.

В Главе 2 мы рассмотрим, как проводятся атаки в положениях с разносторонними рокировками.

Глава 3 фокусирует внимание читателя на партиях, в которых атака направлена на позицию короткой рокировки, при этом используются определённые слабости в положении короля.

В Главе 4 речь идёт о позициях, в которых одна сторона добивается или уже имеет численное превосходство в силах на том участке доски, где находится вражеский король.

Глава 5 представляет собой подробный анализ положений с так называемыми «слонами Горвица».

В Главе 6 проведён обзор различных стратегических тем, имеющих первостепенное значение с точки зрения атаки.

Перед каждой партией приводится краткое описание развернувшейся в ней борьбы. Во время партии мы обращаемся к похожим примерам, стремясь лучше понять суть происходящего. А в самом конце даётся полный перечень ключевых и поучительных моментов, уроков, которые можно вынести из данного поединка. В ряде случаев прилагается одна или несколько дополнительных партий.

В конце каждой главы предлагаются задания по пройденным темам. Чем больше пользы получит читатель от этой книги, тем большее удовлетворение будет испытывать автор.

 

Выражаю благодарность международному мастеру Давиду Мартинесу Мартину за его замечания и предложения. Хочу подчеркнуть, что, когда я писал эту книгу, то весь процесс работы, каждая его стадия, доставляли мне огромное удовольствие. И в момент возникновения замысла, когда кажется, что перед тобой гора, взобраться на которую нет никакой возможности. И тогда, когда идеи начинают обретать форму, и поставленная цель выразить то, что ты хочешь сказать, уже больше не кажется недостижимой. И в минуты, когда чувствуешь, что книга начинает жить своей собственной жизнью, в ней уже есть определённая гармония.

 

Глава 5

Слоны Горвица

 

Арон Нимцович дал следующее определение: «Слоны Горвица – это два слона, когда они действуют по смежным диагоналям и соединёнными силами обстреливают позицию неприятельской рокировки». В качестве примера он приводит белых слонов, расположенных на b2 и d3.

Если диагонали слонов открыты, то опасность очевидна. Позиции такого типа обычно возникают из ферзевого гамбита или новоиндийской защиты, но вполне могут получиться и из сицилианской защиты (когда устраняется пешка е4и других начал.

Самый известный пример силы таких слонов, вероятно, партия ЛаскерБауэр (Амстердам 1889). В этом поединке белые провели блестящую комбинацию с жертвой обоих слонов. Полагаю, стоит привести эту партию полностью (без комментариев):

 

Эм.ЛаскерИ.Бауэр

Амстердам 1889

 

1.f4 d5 2.e3 Кf6 3.b3 e6 4.Сb2 Сe7 5.Сd3 b6 6.Кf3 Сb7 7.Кc3 Кbd7 8.0-0 0-0 9.Кe2 c5 10.Кg3 Фc7 11.Кe5 Кxe5 12.Сxe5 Фc6 13.Фe2 a6 14.Кh5 Кxh5

15.Сxh7+ Крxh7 16.Фxh5+ Крg8 17.Сxg7 Крxg7 18.Фg4+ Крh7 19.Лf3 e5 20.Лh3+ Фh6 21.Лxh6+ Крxh6 22.Фd7 Сf6 23.Фxb7 Крg7 24.Лf1 Лab8 25.Фd7 Лfd8 26.Фg4+ Крf8 27.fxe5 Сg7 28.e6 Лb7 29.Фg6 f6 30.Лxf6+ Сxf6 31.Фxf6+ Крe8 32.Фh8+ Крe7 33.Фg7+ Крxe6 34.Фxb7 Лd6 35.Фxa6 d4 36.exd4 cxd4 37.h4 d3 38.Фxd3 1-0

 

Затем эта тема повторилась в поединке НимцовичТарраш (Санкт-Петербург 1914):

 

А.НимцовичЗ.Тарраш

Санкт-Петербург (предварительный турнир) 1914

 

1.d4 d5 2.Кf3 c5 3.c4 e6 4.e3 Кf6 5.Сd3 Кc6 6.0-0 Сd6 7.b3 0-0 8.Сb2 b6 9.Кbd2 Сb7 10.Лc1 Фe7 11.cxd5 exd5 12.Кh4 g6 13.Кhf3 Лad8 14.dxc5 bxc5 15.Сb5 Кe4 16.Сxc6 Сxc6 17.Фc2 Кxd2 18.Кxd2 d4 19.exd4

19...Сxh2+ 20.Крxh2 Фh4+ 21.Крg1 Сxg2 22.f3 Лfe8 23.Кe4 Фh1+ 24.Крf2 Сxf1 25.d5 f5 26.Фc3 Фg2+ 27.Крe3 Лxe4+ 28.fxe4 f4+ 29.Крxf4 Лf8+ 30.Крe5 Фh2+ 31.Крe6 Лe8+ 32.Крd7 Сb5#

 

Большое пристрастие к данной расстановке позднее питали Пауль Керес, Лайош Портиш и Мигель Найдорф. Да и в практике многих других знаменитых шахматистов встречаются подобные примеры. Это неудивительно, так как такое развитие игры случается в позициях ферзевого гамбита с висячими пешками.

Даже Анатолий Карпов, когда был чемпионом мира (в начале 80-х годов), испытывал трудности чёрными в блиц-партиях с Найдорфом. Карпов в этих поединках играл новоиндийскую защиту, а Найдорф применял вариант с ходами е3 и b3. В результате, Карпову пришлось заняться тщательным изучением данной системы, затем он начал сам играть её белым цветом и одержал ряд красивых побед.

Конечно, само по себе наличие таких слонов на доске не гарантирует успешного проведения атаки. Сила «слонов Горвица» зависит от многих факторов, хотя именно благодаря им часто имеется возможность вести атаку.

 

Партия № 22

Б.СпасскийМ.Таль

Монреаль 1979

Новоиндийская защита

 

В первой партии мы наблюдаем пример, в котором обе стороны развивают своих слонов в соответствии с темой данной главы. Расположение пешек в центре определяет планы сторон. В данном поединке больше пользы от активной позиции слонов смогли извлечь чёрные.

1.d4 Кf6 2.c4 e6 3.Кf3 b6 4.e3 Сb7 5.Сd3 d5 6.b3

6...Сd6

Первое важное решение, которое пришлось принимать чёрным, где расположить этого слона. На d6 он не только контролирует поле e5, но и угрожает королевскому флангу белых. Последнее обстоятельство окажется очень важным в дальнейшем, хотя произойдёт это во многом из-за тех изменений в пешечной структуре, которые белые произведут в центре доски.

Главной альтернативой было 6...Се7, этот ход мы рассмотрим в двух дополнительных партиях:  22.1 Спасский - Сигурьонссон (открытый чемпионат Германии, Мюнхен 1979) и № 22.2 КересСпасский (межзональный турнир, Гётеборг 1955).

7.0-0 0-0 8.Сb2 Кbd7 9.Кbd2 (См. диаграмму)

Последний ход нарушает введённое Кересом правило (см. дополнительную партию № 22.1), но ведь и позиция несколько другая  - чёрный слон находится на d6. Белые не хотят перекрывать большую чёрную диагональ, чтобы всегда иметь возможность сыграть Ке5. Ход 9.Кс3 активнее, его часто применяли Петросян, Портиш, да и сам Спасский.

9...Фe7

Этот полезный ход позволяет соединить и централизовать ладьи. Идея расстановки белых раскрывалась в варианте 9...Кe4 10.Фc2 f5 11.Кe5!, где у них несколько лучшая позиция, так как они могут оттеснить коня e4 ходом f2-f3.

10.Лc1

Теперь на 10.Фe2 уже возможно 10...Кe4, а на 10.Фc2 чёрные могли ответить 10...c5 и затем Лac8.

10...Лad8

У чёрных больше полезных ходов. Он вновь не торопятся с 10...Кe4, на что могло последовать 11.Фc2 f5 12.Кe5.

11.Фc2

Белые всё-таки препятствуют ходу Кe4, который мог быть сыгран в ответ на 11.Фe2; также вполне возможно было 11.Кe5!?.

11...c5(См. диаграмму)

Чёрные не спешили и с этим продвижением, поскольку поле c5 могло пригодиться для коня. Теперь же, когда белый ферзь сходил на c2, чёрные увеличивают напряжение в центре, и ладья с c8 сможет оказывать давление на ферзя противника.

12.cxd5

Белые принимают решение создать висячие пешки в лагере противника. Решение это весьма спорное, поскольку их фигуры расположены не слишком удачно, чтобы оказывать давление на эти пешки или просто сдерживать их движение вперёд.

Другие продолжения – 12.Лfd1 и 12.Кe5, на них чёрные собирались ответить 12...cxd4 13.exd4 Лc8. Таль почувствовал, что потеря темпа не так важна, более значимо неприятное положение, в котором окажется белый ферзь.

12...exd5 13.dxc5?!

Таль считал, что лучше было 13.Сf5 или 13.Сb5. Каспаров в книге «Мои великие предшественники» соглашается с этим, добавляя, что решение образовать противнику висячие пешки было не лучшим по «психологическим причинам». Ведь Таль любил динамические позиции.

«Внешние» факторы, такие, как характер игрока или его предрасположенность к определённому типу позиций, возможно, не важны для объективной оценки позиции, но они могут оказать определённое влияние на ход поединка.

13...bxc5

14.Фc3

Весьма провокационный ход, поскольку тематический прорыв d5-d4 в нужный момент теперь может последовать с выигрышем времени. Более того, возможен и менее типичный прорыв c5-c4, так как на bxc4 у чёрных есть ответ Сb4.

Спасский считал, что его позиция уже сомнительная, и он ничего не теряет, но 14.Лfd1, а затем Кf1 было более надёжно.

14...Лfe8

Вводя в бой ещё одну фигуру, и тем самым усиливая возможный прорыв d5-d4.

15.Лfd1

15...d4

Чёрные фигуры расположены идеально для этого прорыва, правда, объективно (если воспользоваться помощью компьютера), неясно, является ли он сильнейшим продолжением. Но с практической точки зрения, это, безусловно, очень сильный ход. Белые втягиваются в осложнения и должны думать о том, как устранить опасность, грозящую их королю.

16.exd4 cxd4 17.Фa5?

Нельзя 17.Фxd4?! из-за 17...Кc5, и чёрные добиваются материального перевеса.

Белые должны были искать опровержения атаки чёрных в варианте 17.Кxd4!, где нужно было рассмотреть жертву 17...Сxh2+. После 18.Крxh2 Кg4+ отступление 19.Крg1 Фh4 20.К2f3 (лучше 20.Сxh7+) 20...Фxf2+ 21.Крh1 даёт чёрным хорошую игру: 21...Кde5 22.Лd2 Фg3. Поэтому нужно идти королём вперёд – 19.Крg3 Фe5+ 20.f4 Фe3+ 21.К2f3. Одна из тонкостей защиты заключается в контржертве  Сxh7+; например, 21...Сxf3?! 22.Сxh7+! Крxh7 23.Фxe3 Кxe3 24.Лh1+ и далее 25.Крxf3, оставаясь со здоровой лишней пешкой.

У Таля была дополнительная возможность (в случае, если его не удовлетворила бы жертва слона): 17...Фe5 18.К4f3 Фh5, где, по его мнению, у чёрных есть компенсация за пешку. Каспаров, правда, не согласен с этой точкой зрения.

17...Кe5

18.Кxe5

После 18.Лe1 Сxf3 19.Кxf3, вместо ослабления положения белых путём 19...Кxf3+, Fritz 10 указывает как более сильное 19...Сc7!. И только после 20.Фd2 - 20...Кxf3+ 21.gxf3 Фd6, с сильной атакой. В ответ на 22.f4 Каспаров приводит вариант 22...Кd5 23.Лxe8+ Лxe8 24.Лe1 Лe6, в котором у белых трудная позиция. Другая идея: 22...Лxe1+ 23.Лxe1 Фd7 (угрожая 24...Фg4+). После 24.f3 Кd5 дела белого короля очень плохи.

18...Сxe5 19.Кc4 (См. диаграмму)

Таль в комментариях писал, что у чёрных очень сильная инициатива в случае 19.Кf1 Кd5 20.Кg3 Кf4 21.Сf1 h5!. Каспаров указывает, что наиболее упорная защита заключалась в поиске таких ресурсов, как 19.Сa3. Однако, после 19...Фe6 20.Кf1 Сf4 21.Лb1 Фc6 22.f3 Лd5 белым с таким ослабленным королевским флангом будет трудно спастись.

Если 19.Лe1, то чёрные получают решающую атаку после 19...Кg4!. Например, 20.g3 Фf6! 21.f3 (или 21.f4 Сxf4! 22.gxf4 Фh4) 21...Кxh2!.

Во всех рассмотренных вариантах силы чёрных превосходят группу обороняющихся белых фигур, что позволяет им добиться ослабления позиции рокировки. Белый ферзь находится слишком далеко от королевского фланга.

19...Лd5!

Ладья с темпом входит в игру, теперь все фигуры чёрных нацелены на королевский фланг противника.

20.Фd2

В случае 20.Сa3 Фe6! 21.Фxa7 чёрные проводят матовую атаку: 21...Сxh2+! 22.Крxh2 Лh5+ 23.Крg1 Лh1+! 24.Крxh1 Фh3+ 25.Крg1 Фxg2#.

Не лучше и 20.Фe1, чёрные действуют похожим образом: 20...Сxh2+! 21.Крxh2 Фc7+ 22.Кe5 Фd6. Белый король слишком раскрыт: 23.f4 Лexe5 24.fxe5 Лxe5 25.Крg1 Лxe1+ 26.Лxe1 g6 и 27...Кg4.

20...Сxh2+! 21.Крxh2 Лh5+

Неплохо и 21...Кg4+ 22.Крg3 Лg5 с решающей атакой.

22.Крg1

На 22.Крg3 быстрее всего выигрывает 22...Кe4+! 23.Сxe4 Фh4+ 24.Крf3 Фxe4+ 25.Крg3 Фh4#.

22...Кg4! 0-1

Спасский сдался, так как на 23.Лe1 чёрные объявляют мат после 23...Лh1+! 24.Крxh1 Фh4+ 25.Крg1 Фh2+ 26.Крf1 Фxg2#. Не избежать мата и в случае 23.Фf4 Фh4.

 

В данной партии у обеих сторон имелись «слоны Горвица», но висячие пешки чёрных обеспечили им больше пространства. К тому же, давление чёрных на королевский фланг было неизмеримо сильнее воздействия белых слонов. Легко видеть, что слон d3 был бы гораздо лучше расположен, если бы находился на королевском фланге, на идеальном для него поле g2.

Способ борьбы белых с висячими пешками, мягко говоря, был не самым эффективным. Вряд ли достоин подражания завлекающий манёвр 14.Фc3 с тем, чтобы после 15...d4 отправить ферзя на a5.

 

С практической точки зрения, типовой прорыв 15...d4 оказался действенным. Даже если объективный анализ в данном случае покажет его спорность, он в любом случае позволяет выявить огромную потенциальную силу «слонов Горвица».

Работа над переводом данной книги (1 том практикума посвящён закрытым дебютам) проходила во второй половине 2009 года. Сначала перевод осуществлялся с испанского издания, в котором было 64 задания. Но затем вышло английское, где было уже 90 заданий, и пришлось делать «доперевод».

Вашему вниманию предлагаются отрывки из книги.

ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРОВ

Идея первого тома сборника заданий по стратегии состояла в том, чтобы создать материал, который мог бы быть весьма полезен для шахматиста среднего уровня. Отбор упражнений был нелёгким делом, так как мы стремились к тому, чтобы, прежде всего, преобладало усвоение понятий (концепций), и чтобы читатель, помимо самой тренировки, наиболее естественным образом накапливал знания, которые пригодятся ему при решении практических задач в его собственных партиях.

Каждое задание содержит 2, 3 или даже 4 теоретически возможных решения, предложенных авторами. Ясно, что одно из них всегда будет главным, а остальные должны выглядеть достаточно естественными и логичными, получая разное количество очков. Но ясно и то, что сила главного продолжения иногда почти не отличается от второго по силе хода, поэтому он также может иметь очень хорошую оценку. Эти три или четыре решения позволяют получить наиболее объективно возможную оценку положения, одновременно образуя соревновательный процесс в голове самого шахматиста. В разделе решений авторы постарались объяснить причины правильного, по их мнению, выбора, и определили стратегическую тему каждого задания. Это сделано для того, чтобы у читателя закреплялись полученные опыт и тематические знания, одновременно с тренировкой умения справляться с ключевыми проблемами в конкретной партии. Решение неизменно сопровождается полным текстом партии-примера с её исчерпывающим комментарием, каждая такая партия является главным уроком по предложенной стратегической теме, доказывая самим ходом борьбы в ней, почему именно данное решение было признано наилучшим. Таким образом, партия становится для читателя не только хорошим примером из практики высококлассных игроков, но и своеобразным курсом по шахматной стратегии.

Данная работа нетипична для рынка шахматной литературы, но именно поэтому нам кажется, что она станет одной из самых востребованных всеми любителями шахмат, жаждущими быстро познать эту игру. За короткий срок можно будет измерить свои успехи, а благодаря системе оценок даже определить свои способности по игре в определённых позициях миттельшпиля. Таким образом, можно будет установить свои слабые места и сосредоточиться на них в будущем.

Большинство выбранных нами партий были сыграны величайшими стратегами всех времён, поэтому для нахождения определённого решения в конкретной позиции необходимо настроить своё шахматное мышление таким образом, чтобы постараться глубже, чем вы обычно привыкли, проникнуть в положение.

Добавим, что внутри каждого дебюта мы расположили задания по мере возрастания их трудности. А вот стратегические темы в самих заданиях не указаны и не сгруппированы вместе, ведь это значительно облегчило бы читателю принятие решений.

Мы надеемся, что вы получите удовольствие от этой книги и её необычного замысла. Хочется, чтобы она стала своего рода инструментом для обучения игре в определённых позициях миттельшпиля как для тренеров, так и для учеников, вообще для игрока любого уровня.

 

ЗАДАНИЕ 5

Карпов – Корчной

Брюссель 1988

Английское начало [A33]

 

1.Кf3 Кf6 2.c4 c5 3.Кc3 Кc6 4.d4 cxd4 5.Кxd4 e6 6.g3 Фb6

Достаточно часто играют также 6…Сc5 и 6…Сb4.

7.Кb3

Ход 7.Кdb5 был встречен интересной новинкой 7…a6! в партии Гельфанд – Топалов (Дортмунд 2002).

7…d5 8.cxd5 Кxd5 9.Кxd5 exd5 10.Сg2 Сe6

Обычно играют 10…Сb4+ 11.Сd2 a5.

11.0-0

Брать на d5 было плохо: 11.Сxd5? Сb4+ 12.Крf1 Лd8.

11…Лd8 12.Сg5! f6

 

 

Перед нами – хороший пример на промежуточный ход. Белые должны выбрать одно из трёх возможных полей для чернопольного слона (см. ниже), но перед этим они вывели слона на g5, вызвав тем самым серьёзное ослабление королевского фланга чёрных. Такие тонкости могут изменить оценку всей позиции.

 

Ход белых. Выберите одно из отступлений слона:

A: 13.Сe3, помогая блокаде изолированной пешки чёрных.

B: 13.Сd2, чтобы затем перевести его на c3 с той же идеей: заблокировать чёрную пешку «d».

C: Отступить слоном на активную позицию – на диагональ h2-b8.

 

РЕШЕНИЕ: ЗАДАНИЕ 5 [Уровень сложности 3]

 

Темы: изолированная ферзевая пешка; блокировка изолированной пешки

 

13.Сd2

Идея варианта B состоит в переводе слона на с3 для блокады изолированной пешки, в рассматриваемой партии она оказалась весьма эффективной.

Идея варианта A – 13.Сe3?!представляется сомнительной из-за ответа 13…d4!, и взятие на d4 невозможно: 14.Сxc6+ bxc6 15.Кxd4? c5 16.Фa4+ Сd7,

 

 

и чёрные выигрывают. Поэтому за данный вариант очков не присуждается.

А вот идея варианта C весьма интересна. Она состоит в отступлении слоном на f4, чтобы затем продолжать Фd3 и Лfd1, усиливая нажим на центральную пешку. Рассмотрим возможное развитие событий: 13.Сf4!? Сe7 14.Фd3 0-0 15.Лfd1 g5? 16.Фe3! Фxe3 17.Сxe3, и у чёрных, кроме изолятора, появились новые слабости, ничего же положительного взамен они не получили. За этот вариант мы присуждаем 5 очков.

13…Сe7

После 13…a5?! уже сильно было 14.Сe3!, так как чёрный ферзь больше не защищён пешкой: 14…d4 15.Сxc6+ bxc6 16.Кxd4! c5 17.Фa4+ Сd7 18.Фb3!

14.Сc3! 0-0

Если 14…d4?!, то 15.Сxc6+!? bxc6?! (лучше 15…Фxc6, хотя и после 16.Кxd4 Фc4 17.e3 придётся констатировать, что действия белопольного слона не компенсируют потерю пешки) 16.Сa5 Сxb3 17.Фd2! с большим преимуществом.

15.Кd4

Завершая план блокирования изолированной пешки, начатый ходом 13.Сd2. Если вы остановились на этом плане, указанном в варианте B, прибавьте себе 5 очков.

15…Кxd4 16.Фxd4 Сc5

17.Фd2!

Всё рассчитано очень точно. Белые создали угрозу 18.Сa5, не давая тем самым чёрным двинуть вперёд пешку «d».

17…Фd6 18.b4! Важный промежуточный ход перед тем, как продолжить план по блокированию изолированной пешки противника. Белые ограничивают возможности слона чёрных. На немедленное 18.Сd4 последовало бы 18…Сb4.

18…Сb6 19.Сd4

Наконец-то завершая план блокады пешки. Теперь эта блокада постоянна, и чёрные вынуждены вести пассивную оборону, хотя определённые ресурсы у них всё-таки есть.

19…Сf5!?

С идеей перевести слона на е4 и укрепить свою центральную пешку.

20.Лac1 Сe4 21.Сh3!

Уклоняясь пока от размена слонов, что ослабило бы позицию рокировки. Помимо этого, белые сохраняют контроль над линией «с».

21…Лfe8 22.Лfd1 Лe7!

 

 

Чёрные продолжают бороться за вертикаль «с». Они намерены разменять хотя бы одну ладью.

23.a3 Крf8 24.Фb2 Лc7 25.Лxc7 Фxc7 26.Лd2 Лd6!

Чёрные великолепно защищаются. Сейчас они хотят сыграть Лc6.

27.Сg2

Слон выполнил свою задачу на h3. Без этого размена белые не могут усилить позицию.

27…Лe6

Интересно было 27…Лc6 28.Сxe4 dxe4 29.Сxb6 Фxb6 30.Лd4 с некоторым перевесом у белых.

28.e3 Крe7 29.h4 a6

Лучше было 29…Сxg2 30.Крxg2 Лe4 31.Лc2 Фd6, хотя и в этом случае положение белых оставалось предпочтительным.

30.Сxb6 Фxb6 31.Лd1 Фc7 32.Фd4 Фc4 33.Фa7! Фc7 34.Лd4 Крf7?

Серьёзная тактическая ошибка, ведущая к потере пешки. После 34…Сxg2 35.Крxg2 Лd6 чёрные могли оказать упорное сопротивление.

35.Лxd5! Сxg2 36.Крxg2 Фc6 37.Фc5!

Но не 37.e4? Лxe4 38.Лc5 Фd7 39.Фb8 Лe7 с равенством.

37…Фxc5 38.Лxc5 Лe7

Белые перешли в эндшпиль с лишней пешкой, но для достижения выигрыша им ещё предстоит преодолеть определённые трудности.

39.Крf3 Крe6 40.Крe4 Крd6+ 41.Крd4 Крd7 42.g4! Лe8 43.e4 b6 44.Лd5+ Крe7 45.e5! Лf8 46.Лd6 b5

Наиболее упорный вариант. Если 46…fxe5+ 47.Крxe5 Лxf2, то 48.Лxb6 Лe2+ (48…Лg2 49.Крf4) 49.Крf4 Лf2+ 50.Крe4 Лe2+ 51.Крf3 и т. д.

47.Лxa6 fxe5+ 48.Крxe5 Лxf2 49.Лa7+! Крf8 50.h5 Лf3 51.Крd4!

Король направляется к пешке b5, что решает исход борьбы.

51…Лf4+ 52.Крc5 Лxg4 53.Крxb5 Лg5+ 54.Крc6 Лxh5 55.b5 Лh6+ 56.Крc7 Лh3 57.b6 Крe7 58.b7 Лc3+ 59.Крb6 Лb3+ 60.Крc6 1–0

 

Вариант A: 0 очков

Вариант B: 5 очков

Вариант C: 5 очков

Работа над переводом книги Кмоха о Рубинштейне велась осенью 2008 года. Изначально данное произведение было написано на немецком языке. Вот что я писал в файле, предпосланном тексту перевода: «…очень многое устарело или просто неверно – см. книгу Мурахвери и Разуваева «Акиба Рубинштейн» (так что книга нуждается, на мой взгляд, в серьёзном специальном редактировании). Оценки Кмоха нередко расходятся с оценками Разуваева. А ведь есть ещё новые оценки Марина! Диаграммы в американском издании далеко не всегда находятся там, где стоило бы их помещать – часто ими отмечены не самые интересные моменты партий. Я бы поместил некоторые диаграммы в других местах. В турнирные и матчевые результаты Рубинштейна внёс дополнения и изменения, согласно изданиям «Шахматы.Энциклопедический словарь» (М., Советская энциклопедия, 1990 г.),  Glatman – AkibaRubinstein´s ChessAcademy (М, 1992) и Разуваев, Мурахвери «Акиба Рубинштейн» (М, ФиС, 1980).»

 Немного об истории создания этой книги

Книга впервые вышла в 1933 г. в Вене на немецком языке, как раз когда Рубинштейн оставил шахматы (1932 г.). Её автор (хорошо известный у нас благодаря двум изданным ещё в 1934 году в СССР книгам «Защита в шахматной партии» и «Международный турнир в Бледе») австрийский мастер Ганс Кмох был большим поклонником Акибы Рубинштейна. Вот слова Кмоха из журнала Wiener Schachzeitung: «Рубинштейна, некогда восхищавшего своим пониманием игры, сломила душевная болезнь». Полное название книги в переводе на русский: «Ганс Кмох – Рубинштейн побеждает! 100 блестящих партий великого художника шахмат (H.Kmoch: Rubinsteingewinnt! 100 Glanzpartien den grossen Schachnstlers). 4 немецкое издание (репринт) вышло в 1999 году в издательстве Olms. В 1941 году американский юрист,  конгрессмен и автор книг на шахматную тему Барни Фрэнк Винкельман выполнил перевод на английский, и было опубликовано американское издание, уже под названием «Шахматные шедевры Рубинштейна – 100 избранных партий (Rubinstein Chess Masterpieces. 100 selected games.Translated by Barnie F. Winkelman.Annotated by Hans Kmoch).Публикация состоялась благодаря усилиям работников американского шахматного журнала «Chess Review», главным редактором которого был весьма энергичный И.Горовиц.

Перевод на русский делался с американского издания.

 Список литературы о Рубинштейне

 1) H.Kmoch - Rubinstein gewinnt! 100 Glanzpartien den grossenSchachkünstlers, Wien 1933

Американское издание: Rubinstein Chess Masterpieces. 100 selected games. Translated by Barnie F. Winkelman.Annotated by Hans Kmoch, New York, 1941.

2) H.Wenz - Akiba Rubinstein. EinLebenfür das Schach, Berlin 1966

3) Ю.Разуваев, В.Мурахвери - Акиба Рубинштейн, Москва, 1980.

4) K.Pytel - AkibaRubinstein, czyliosztucerozgrywaniakońcówek, Warschau 1987.

5) Glatman – Akiba Rubinstein´s Chess Academy (М, 1992)

6) J.Donaldson und N.Minev - Akiba Rubinstein: Uncrowned King, Seattle 1994.

7) J.Donaldson und N.Minev - Akiba Rubinstein: The Later Years, Seattle 1995.

 

Предлагаю вниманию читателей предисловие из книги, представляющее собой краткую художественную биографию Рубинштейна.

 

АКИБА РУБИНШТЕЙН (1882-1961)

Насыщенная и трагическая жизнь гениального шахматиста

 

Из мрачных глубин средневековья пришёл Акиба Рубинштейн в шахматный мир. Тёмные и нищенские еврейские кварталы (гетто) российской Польши были тем Вифлеемом, где зажглась искра его жизни. Рубинштейн родился 12 декабря 1882 года в местечке Стависки, близ Ломжи. Предки великого шахматиста поколениями были раввинами, вся их жизнь была связана с древними еврейскими текстами, и все они были приучены к физическим лишениям и напряжённой работе ума.

В доме родителей Акибы было и то, и другое: высокий интеллект и жесточайшая бедность. За несколько недель до рождения Рубинштейна умер его отец, и на руках у матери осталось ещё двенадцать детей. Акибу отправили в дом бабушки и дедушки, которые и занялись его воспитанием. Воспитание это отличалось необычайной строгостью. Ведь мальчик должен был изучить древнееврейский язык и стать преподавателем Талмуда, точно так же, как до него это сделали отец и дед.

Образование Рубинштейн действительно получал сначала в хедере -  начальной школе еврейской общины, а затем в иешиве – высшем религиозном учебном заведении. Там предписывалось говорить на иврите и идише, Рубинштейн же не горел особым желанием изучать эти языки. Внешне он соблюдал всё, что от него требовалось, но внутренняя его жизнь оставалась пустой. В гетто он был не более, чем орнаментом.

            Именно тогда в его жизнь и вошли шахматы.    Однажды в иешиве ему посчастливилось увидеть, как два ученика играют в эту игру. Акиба был покорён, и с этого момента шахматы стали главной направляющей страстью его жизни. В тот момент Рубинштейну было уже 16 лет. Почти сразу он где-то достал единственную доступную на иврите книгу – «Руководство к шахматной игре» ("Sechok Haschach", 1880 – Прим. переводчика) И.Л. Зосница. И как губка впитал всё содержание этого труда. Штудирование Торы и изучение Талмуда исчезли как во сне – остались только шахматы.

             Его страсть не осталась незамеченной в доме, и родственники были не в восторге. Они прокляли дьявольскую игру, в дебрях которой заплутал их мальчик. Мать каждый день молила Господа, чтобы он вернул её заблудшего сына на путь праведный. Но Рубинштейн уже был потерян для Бога; он отдался демонической страсти, которая и определила его трагическую судьбу, и с которой он уже больше никогда не расставался. Рубинштейн отказался от скучного существования в гетто и сомнительной известности в узком кругу и вступил на путь, ведущий к осуществлению честолюбивых помыслов и всемирной славе.             

            В 19 лет Акибе стало известно, что относительно недалеко от Стависки, в городе Лодзь, живёт настоящий шахматный мастер. Им оказался Георг Сальве. Он становился чемпионом России и сражался в поединках с самим Чигориным. Рубинштейн тотчас же отправился в Лодзь. Там он на первых порах с большим трудом добывал себе средства к существованию, но уже совсем скоро шахматы позволят ему зарабатывать на жизнь. Сначала он играл с теми, кому Сальве давал в качестве форы ладью, но даже с этими дилетантами Рубинштейн справиться не мог. Всем было ясно, что парень из гетто не рождён для игры в шахматы.

            Никто не верил в способности Рубинштейна, кроме него самого. Акиба вернулся в родной городок и на несколько месяцев совершенно исчез из виду. Но в один прекрасный день он неожиданно снова объявился в Лодзи, вошёл в шахматный клуб, направился прямо к столику, за которым сражался Сальве и вызвал того на поединок.  

            Сальве снисходительно улыбнулся, а стоящие вокруг любители не могли удержаться от насмешек. Рубинштейн, однако, сел напротив мастера и одержал победу в первой же партии! Поднялась невообразимая суматоха! Тут же было решено организовать целый матч между Сальве и Рубинштейном. Так и было сделано. Поединок не принёс перевеса ни одному из игроков – ничья  5:5. Потом был сыгран второй матч, и в нём победу уже одержал Рубинштейн – 5:3. Прежний чемпион был сброшен с трона, и на его место водружён мечтательный юноша из польского захолустья.

            Через год Рубинштейн отправился на Всероссийский турнир в Киев, где завоевал 5-й приз. В 1905 году он вышел на международную арену: в рамках Германского шахматного конгресса в Бармене он добился признания, выиграв побочный турнир вместе с Дурасом, и завоевал звание мастера. Менее чем за 4 года Рубинштейн из новичка, которому в фору дают ладью, превратился в настоящего шахматного гиганта.

            С этого момента начинается захватывающий путь Рубинштейна от одного триумфа к другому. На турнире в Остенде (1906) он был третьим среди 36 участников. Только Шлехтер и Мароци оказались впереди, тогда как такие фигуры, как Бернштейн, Тейхман, Маршалл, Яновский и др. новый талант из России сумел опередить.

            В самом начале 1907 года Рубинштейн сумел подняться на самый верх и в борьбе с мастерами. В Остенде он разделил первый приз с Бернштейном среди 28 соискателей. В Карлсбаде он уже был единолично первым, и этой победой было прервано победное шествие так называемой «ласкеровской плеяды» (т.е. игроков одного поколения с Ласкером), длившееся с 1890 года. Сам Рубинштейн стал олицетворением нового поколения игроков, к которому относятся Капабланка, Нимцович, Шпильман, Тартаковер, Видмар и другие шахматисты новой эпохи в шахматах.

            На турнире в Санкт-Петербурге 1909 года Рубинштейн уже продемонстрировал, что ни в чём не уступает чемпиону мира Эмануилу  Ласкеру, которого он победил в личной встрече. До самого последнего тура он шёл вровень с Ласкером и в конечном счёте разделил с ним первый приз.

            Но по-настоящему триумфальным для Рубинштейна стал 1912 год. За 12 месяцев он взял 5 первых призов в международных турнирах: Сан-Себастьян, Пьештяни, Бреслау, Варшава и Вильно. Подобное за всю богатейшую историю шахмат не удавалось ещё никому, ни до этого, ни после.         

Но в этом же году у Рубинштейна появились и первые признаки помутнения рассудка. Тем не менее, его достижение было выдающимся, и всему миру стало ясно, что Рубинштейн будет следующим чемпионом мира.  Это общее убеждение не смог поколебать даже неожиданный провал на турнире в Санкт-Петербурге 1914 года, первая значимая неудача Рубинштейна. Грандиозный матч за звание чемпиона мира между Ласкером и Рубинштейном должен был состояться весной 1914 года. Шахматный мир с большим интересом ожидал этого события. Но разразилась война…

            Среди миллионов тех, кто пострадал от разрушений первой мировой, был и гений шахмат Акиба Рубинштейн. Послевоенный Рубинштейн совершенно не похож на того торжествующего героя, которым был Акиба ещё в 1914 году, когда должен был вступить в схватку с Ласкером за шахматный трон. Чувствительная натура Рубинштейна ещё до войны, во время его крупных успехов, давала о себе знать, а разрушения и трудности военных лет оказались для неё непереносимы. Рубинштейн утратил ту внутреннюю душевную гармонию, которая так необходима для полноценной деятельности подлинного художника шахмат.

            Правда, и в последующие 15 лет у Рубинштейна было достаточно успехов в турнирах и немало первых призов. Удалось ему сыграть и множество поединков, вошедших в сокровищницу мирового шахматного искусства. Но было утеряно самое главное – внутреннее чувство превосходства, огромной уверенности в себе, своих силах и возможностях, а ведь это совершенно необходимо для того, чтобы стать чемпионом мира. В действительности Рубинштейн даже страдал от комплекса неполноценности, собственная игра казалась ему поверхностной, он чувствовал себя чужим на крупных турнирах: ему казалось, что он недостоин играть на таком уровне. 

            Всегда заметные у него скромность и застенчивость теперь стали настоящим наваждением, доходили до уровня умственного расстройства. Не подлежит, однако, сомнению, что если бы он смог справиться с собой и достигнуть определённого удовлетворения от своей игры, уверенности и душевного спокойствия, отличавших его игру в молодые годы, то вновь оказался бы среди претендентов на шахматный трон, несмотря на свой уже солидный возраст.

            Совершенно очевидно и то, что вклад Рубинштейна в современное состояние шахматной теории  неизмеримо больше, чем у любого другого мастера со времён Стейница (текст написан в 1941 году – прим. переводчика). Именно ему принадлежит больше всего дебютных новинок, им введено больше всего актуальных и по сей день дебютных систем. Ставшая уже стандартной защита в испанской партии – Сe7, d7-d6, b7-b5, c7-c5 и т.д. обязана своим появлением гению Рубинштейна. В дебюте четырёх коней как система 4…Кd4 (контратака Маршалла-Рубинштейна – прим. переводчика) (ведущая к ничьей), так и манёвр Фd8-e7 и Кc6-d8 были разработаны им, и они настолько усилили игру чёрных, что этот дебют практически перестал применяться на серьёзных соревнованиях. В ферзевом гамбите Рубинштейн довёл до совершенства игру белых в защите Тарраша (3…с5), применив фланговое развитие королевского слона (система Шлехтера-Рубинштейна – прим. переводчика), и тем самым на многие годы отправил весь этот вариант в архив. Особенно показательны его блестящие и громкие победы в этой защите над Ласкером (1909) и Капабланкой (1911).

            На закате карьеры Рубинштейн разрабатывал и вводил новые атаки и защиты в большинстве (!) новых «гипермодернистских» дебютов. В ответ на 3…Сg4 в дебюте ферзевых пешек особого внимания заслуживает его простое развитие е2-е3 и Ке2. Менее известен его вариант с жертвой в контргамбите Блюменфельда (Волжском гамбите – прим. переводчика). В партии с Томасом он дал классический образец трактовки белыми ферзевого фианкетто в ферзевом гамбите, где его пешечная фаланга полностью контролировала пункт с5, что и позволило одержать сокрушительную победу. По моему мнению, его ход 2…Кf6 – один из лучших ресурсов за чёрных в сицилианской защите.

            В шахматах Рубинштейн был первооткрывателем и разработчиком новых способов игры. Он не был доволен победой в партии, если воспользовался промахом соперника, или если поймал того в ловушку, придуманную другими. Он видел себя художником, и, начиная очередной поединок, каждый раз стремился добавить что-то новое в шахматную сокровищницу.

            Именно поэтому его победы представляют собой наиболее ценную коллекцию партий, когда-либо созданную мастером. Переходя от одной партии к другой, мы каждый раз изумляемся высочайшей стратегической глубине этих шедевров, его превосходству над теми, кого мы привыкли причислять к когорте чемпионов. С художественной точки зрения, лишь партии Капабланки как совершенные творения могут представлять большую ценность. Но Капабланка строил свою игру, в основном опираясь на достижения других и добавляя свои невероятно точные, отмеченные глубоким талантом, последние штрихи. Его дар заключался в том, что он гениально умел отбирать всю поступавшую шахматную информацию. Рубинштейн же сам являлся творцом идей, и его ходы отмечены печатью его личности.

            Что касается Ласкера, то о нём правильно говорят, что делая первый ход, он уже думает б эндшпиле. Но всё же главная сила Ласкера заключалась в умении вести сложную борьбу в миттельшпиле, и он мало что дал в области дебютов, довольствуясь лучшими, но уже проторёнными тропами и предоставив поиск новых путей более любопытным и рискованным  игрокам.

            О Рубинштейне необходимо также сказать, что он величайший специалист по игре в окончаниях, его игра в этой стадии партии, вероятно, более совершенна, чем у какого-либо другого мастера. В самом деле, его игра произвела настолько сильное впечатление на автора книги Ганса Кмоха, что в коротком разговоре с Ройбном Файном он высказал мысль, что по мастерству польский мастер стоит, по меньшей мере, на одном уровне с Капабланкой. Файн не только согласился с такой оценкой, но и высказал убеждение, что Рубинштейн должен занимать самую верхнюю строчку в списке наиболее искусных шахматистов.

            Откуда же тогда такая разница между талантом и достижениями Рубинштейна в последние годы? На этот счёт доктор Ханнак (автор жизнеописания Эмануила  Ласкера – прим. переводчика) в предисловии к оригинальному изданию этой книги на немецком языке пишет следующее: «Характер Рубинштейна слишком благороден для грубой и беспорядочной жизни. Его коллеги прекрасно осведомлены о том, как внимательно он относится к другим. Он был настолько щепетилен, что старался не мешать противнику размышлять над ходом, и удалялся от доски, как только делал свой ход, возвращался же только, когда соперник уже совершил ответный ход (это правило Рубинштейн соблюдал неукоснительно). Естественно, из-за этого Рубинштейн терял много времени, страдал и его собственный мыслительный процесс. Многие неожиданные проигрыши, несомненно, объясняются именно этим фактором».

            Рубинштейн - это Спиноза в шахматах. Он выстраивал свои кристально ясные, математически выверенные положения изящно, легко, одновременно соблюдая высочайшую строгость исполнения. В его партиях заметны трепетное отношение и боль подлинного художника, создателя, несмотря на то, что все они подвергались жесточайшей оценке холодной логикой его ума. Партии Рубинштейна напоминают грандиозную симфонию, которая течёт ровно и величественно, но где-то глубоко в ней всё же слышны звуки надвигающейся бури. Время от времени из этого прочного и мощного здания вырываются дикие неуправляемые нотки, тогда появляются такие партии, как незабываемый поединок с Ротлеви. Но даже в самых своих стремительных атаках Рубинштейн демонстрирует высочайшее мастерство – вспомните жертву ферзя в партии с Дурасом (1908) – не для того, чтобы ошеломить противника, а чтобы выиграть пешку и через 25 ходов при помощи отточенной техники довести это микроскопическое преимущество до победы.

            Главная особенность игры Рубинштейна – необычайная стратегическая глубина. Именно она и сделала его великим. Он никогда не играл поверхностно, не исполнял дешёвые тактические трюки, внешняя мишура его не прельщала. Он всегда старался не просто победить, а создать «произведение искусства». Он никогда не играл на результат и не стремился напрямую использовать слабые стороны в игре партнёра. Рубинштейн всегда исходил из позиции и пытался найти лучшее продолжение.

 Б.Ф.Винкельман

 Филадельфия, 1941

Работа над переводом данной книги велась в первой половине 2009 года.

При появлении книги я был очень недоволен тем, какое название дали книге в русском издании. На мой взгляд, назвать книгу «Шахматы. Уроки стратегии» всё равно что оставить её совсем без названия. Между тем, в английском оригинале (и тем более в голландских работах-предшественниках) из названия понятно, что речь здесь идёт об умении  играть лёгкими фигурами.

Вот отрывок из файла, который я отослал в издательство вместе с переводом:

                   «...английское название этой работы (издательство New in Chess, 2004 год) довольно невнятное по смыслу: Power Chess with Pieces (букв. «сильная игра фигурами»). Неудивительно, что при переводе книги на другие языки название уточняли, стараясь передать суть: немецкое издание (также New in Chess, 2006 год) – Die Kraft der Leichtfiguren («Сила лёгких фигур»), испанское (2008 год) (с него я начинал делать перевод, а потом переключился на английское) -  El Poder de las Piezas Menores (также «Сила лёгких фигур»). Да и первоначальные названия двух книг Тиммана на голландском (из них потом и составилась данная книга) совершенно конкретны: De Kracht van het Paard (New in Chess, 2002) («Cила коня») и De Macht van het Loperpaar (New in Chess, 2003) («Мощь двух слонов»). Так что можно последовать примеру испанцев и немцев, назвав русское издание «Сила лёгких фигур». Лично мне больше нравится более эмоциональное «Почувствуй силу лёгких фигур!» или «Используй (правильно) силу лёгких фигур» и т.п.

Подзаголовок:

Вот подзаголовки  разных изданий и их буквальный перевод: англ. «The Ultimate Guide to the Bishops Pair and Strong Knights» (Элементарный путеводитель по двум слонам и сильным коням), нем. «Der praktische Führer zum erfolgreichen Einsatz der Laüferpaars und starker Springer» (Практический путеводитель по успешному использованию двух слонов и сильных коней), исп. «Lucha de Alfiles contra Caballos en el Medio Juego y Final» (Борьба слонов против коней в миттельшпиле и эндшпиле).

Ни один из этих вариантов, как мне кажется, не подходит.

Предлагаю следующий: «О сильных конях и преимуществах и недостатках двух слонов на современном материале».

На первой странице обложки английского и немецкого изданий приводятся краткие высказывания (разумеется, хвалебные) соответственно Сейравана и Хюбнера о Тиммане. А на последней странице обложки находится весьма развёрнутая аннотация книги (на всю страницу). 

В Интернете много похвальных рецензий на данную книгу. Можно сделать перевод самых лучших (опять же для аннотации и рекламы на обложке) плюс можно поискать интервью Тиммана, а также дать список всех его работ, вышедших на английском языке».

К сожалению, в итоге, я не был услышан, и ничего в данном направлении сделано не было. В том числе и в переиздании 2014 года:

Предлагаю вашему вниманию отрывок из книги.

Из главы «Сильный конь»

 

Партия № 7

Ананд - Камский

5-я партия матча претендентов, Сангинагар, 1994

Испанская партия C92

 

Среди топ-игроков с рейтингом 2700 и более понятия «неудобный соперник» практически не существует. На таком уровне обычно бывает только, что стиль одного игрока не соответствует стилю другого. Именно так случилось, когда Камскому пришлось играть против Ананда. В 1994 и 1995 годах Гата Камский громил одного сильного гроссмейстера за другим, часто без особых видимых усилий. Но с Анандом всё было не так легко. Их первый матч в рамках цикла ФИДЕ проходил в Индии. После четырёх партий казалось, что для играющего дома Ананда он превращается в лёгкую прогулку: индиец вёл с перевесом в два очка, а мог бы и в три, если бы во второй партии Камский не «соскочил с крючка» в совершенно проигранной позиции.

В определённом смысле молниеносный старт Ананда в Сангинагаре вызывал удивление, потому что время, проведённое в этом индустриальном городе, нельзя назвать для него очень лёгким. Все взоры были устремлены на Виши, и каждый возлагал на него большие надежды. В конечном счёте, это постоянное давление сказалось, и Ананд просто не смог выдержать эту ношу, она оказалась для него непосильной. Рассматриваемая нами пятая партия стала поворотной в матче.

После проигрыша третьей партии в атаке Маршалла Камский перешёл на систему Зайцева (вообще, как свидетельствует матч в Лас-Пальмасе 1995 года, он всегда играл против Ананда главные варианты  испанской партии). Ананд полностью переиграл соперника и получил позицию, о которой можно только мечтать – с великолепным конём против жалкого слона.

Казалось, что матч завершится досрочно, но затем в игре Ананда появились неточности. Он начинает играть нерешительно и даёт сопернику время выстроить почти непреодолимую линию защиты. Когда, вскоре после первого контроля, белые теряют терпение и бросаются в преждевременное наступление на королевском фланге, Камский хватается за предоставившуюся ему возможность и почти уравнивает положение.

Ананд явно был потрясён тем, что упустил выигрыш в этом поединке. В дальнейшем он проиграл две партии подряд, а затем уступил и на тай-брейке.

Данная партия не только оказала решающее влияние на исход матча, но и явилась прекрасной иллюстрацией того, что понятие «плохой слон» весьма относительно. Во время партии я полагал, что белые должны выиграть везде, пока не возникла финальная позиция. Ананд видит положение дел по-другому: после проявленной нерешительности он оценивает  свои шансы как лишь немного лучшие. Была и ещё одна пара диаметрально противоположных суждений:  Сейраван считал, что ещё за ход до конца партии позиция была выигранной, тогда как Дорфман придерживался мнения, что у чёрных «вообще нет проблем».

И как часто бывает в таких случаях, прав оказался игрок. В конце концов, он дольше и гораздо глубже изучал это положение.

1.e4 e5 2.Кf3 Кc6 3.Сb5 a6 4.Сa4 Кf6 5.0-0 Сe7 6.Лe1 b5 7.Сb3 d6

Чёрные отказываются от атаки Маршалла, но избегают и «анти-Маршалла» (возможного после 7…0-0).

8.c3 0-0 9.h3 Сb7 10.d4 Лe8 11.Кbd2 Сf8

12.Сc2

Спокойное продолжение, с его помощью белые намерены добиться небольшого пространственного перевеса.

Через шесть месяцев, во втором матче этих же соперников, Ананд с успехом применил более острое 12.а4.

12...g6 13.d5 Кb8 14.b3

Этот ход тесно связан с двумя предыдущими. Заперев центр, белые подготавливают поддержку пешки d5.

14...c6

Лучший ответ, чёрные немедленно атакуют центр белых.

15.c4 a5

Этот скромный, но неплохой ход впервые был применён в партии Карпов-Белявский (Москва, чемпионат СССР, 1983). Чёрные расширяют себе пространство на ферзевом фланге и освобождают поле для повторного вывода коня. Через много лет Карпов несколько раз применил эту идею чёрными  для решения своих дебютных проблем. Практика показала, что альтернативное 15...Сh6 (косвенно усиливая давление на центр) недостаточно для равенства ввиду ответа 16.а4, и чёрные должны отдать пространство на ферзевом фланге.

16.dxc6

Самое простое решение. Полностью снимая напряжение, белые освобождают пункт с4 для своего коня. Так же играли соперники Карпова. Сам же экс-чемпион мира избрал неспешное 16.Кf1, стремясь не раскрывать своих карт, но это не дало ему преимущества в вышеупомянутой партии с Белявским.

16...Сxc6 17.cxb5 Сxb5 18.Кc4 Кa6 19.Сg5

Типичный путь развития. Белые вступают в борьбу за важный центральный пункт d5.

19...Кb4

Развернулась стратегическая борьба за инициативу. Поле b4 не самая надёжная стоянка для чёрного коня, но с него он успевает напасть на белого слона до того, как белая ладья переместилась на с1.

20.Кe3

Именно так играл Махем против Карпова (Мадрид, 1992). Белые продолжают борьбу за поле d5. Любоевич в 1991 году дважды против Карпова избирал здесь 20.Сb1, сначала в Линаресе, а позднее на турнире в Амстердаме. Обе партии протекали одинаково до 27-го хода белых: 20.Сb1 Сxc4 (вовремя проведённый размен - как раз когда белый слон не может попасть на а4) 21.bxc4 h6 22.Сe3 (в данных обстоятельствах размен на f6 и игра на поле d5 оказываются бессмысленными, белым необходимо сохранить двух слонов) 22...Фc7 23.a3 Кa6 24.Кd2 Кc5 25.Сc2 Лeb8 26.Лb1 Фc6, и здесь Любо в Линаресе пошёл 27.f3, а в Амстердаме предпочёл 27.Фf3. Ни в одной из партий ему не удалось добиться реального преимущества (хотя он и выиграл первый поединок).

20...Сe7

Необходимо нейтрализовать связку и помешать рьяному желанию белого коня встать на d5.

21.Сxf6

Начало замечательного плана, его применил и Махем. Белые меняют обоих своих слонов на коней, полагая, что два белых коня, контролирующие важнейшие пункты, лучше двух чёрных слонов.

21...Сxf6 22.a3 Кxc2 23.Фxc2

Возникла позиция, которую следовало бы разбирать в другой главе, ведь у чёрных два слона. Однако, как мы сейчас убедимся, скорый размен одного из слонов неизбежен, так как белые кони легко оккупируют укреплённые пункты d5 и c4. Чёрным сейчас важно определить, каким именно образом будут взаимодействовать со слонами их три тяжёлые фигуры. При таких пассивных слонах и застрявших на последней линии тяжёлых фигурах нелегко найти наилучший способ дальнейшей игры.

23...Сg7

Это не решает всех позиционных проблем чёрных. На g7 слон хорошо расположен с точки зрения защиты короля, но вскоре мы увидим, что он вернётся на диагональ h4-d8. Карпов играл 23...Лe7, чтобы можно было перевести королевскую ладью на ферзевый фланг, где у белых пешечное большинство. После довольно скромного ответа на 24.Лad1 – 24...Лd7 – он временно оказался в слегка стеснённом положении, но затем ему удалось перейти от защиты к атакующей игре. Приведу партию с Махемом полностью, чтобы продемонстрировать, как плохой слон может вдруг сделаться хорошим и прекрасно способствовать проведению матовой атаки: 25.Кd5 Сg7 (так как чёрная ладья контролирует пункты с7 и е7, чёрные могут спокойно увести слона) 26.a4 Сa6 27.Кd2 Лc8 28.Кc4 Лc5 29.Фa2 Фb8 30.Лd3 Лb7 31.Кde3 Сh6 32.Кd5 Сg5 33.Лe2 h5 34.Лc2 h4 35.Лdc3 Сxc4! 36.Лxc4 Лxc4 37.bxc4 Лb1+ 38.Крh2 Лe1 39.f3 Фd8 40.Фb2 Сe3! 41.Кxe3 Фg5!!,  и белые сдались. Последние ходы белые явно делали в жесточайшем цейтноте.

24.Лad1 Фb8

Не очень красивый ход, но практически вынужденный. Для чёрных это единственный способ высвободить игру.

25.a4 Лc8 26.Фb1

С этого поля ферзь продолжает защищать пешки b и е.

26...Сa6 27.Кd2

Разница по сравнению с партией Махем-Карпов очевидна. Белые кони уже готовы занять ключевые поля, тогда как силам чёрных по-прежнему не хватает координации.

27...Лc3

Необоснованная активность. Чёрные хотят связать коня d2 защитой пешки b и установить слона на d3. Но вся эта операция оказывается лишь серьёзной потерей времени, чего чёрные не должны были себе позволять в стратегически худшей позиции. У них были другие возможности:

A) 27...h5. Ананд рекомендует этот ход в «Шахматном информаторе», не приводя никаких вариантов. Я так и не понял его идеи. После 28.Кdc4 чёрным будет очень трудно защитить обе пешки (а и d). Им придётся отдать белопольного слона, но тогда после 28...Сxc4 29.Кxc4 Лa6 30.Лd5 белые, как и в партии, будут контролировать всю доску.

B) 27...Сh6. Указано Дорфманом в Europe Echecs и Сейраваном в Inside Chess. Чёрные намерены создать максимальное давление на центр. Полагаю, что это единственный шанс чёрных получить приемлемую позицию. Их главная цель – размен, но не белопольного слона, а чернопольного, чтобы остаться с хорошим слоном. Важно, что на 28.Кdc4 есть 28...Сxe3. И хотя после 29.Кxe3 Лc5 белые имеют небольшой, но устойчивый перевес, у чёрных нет причин для отчаяния.

28.Кd5 Сd3 29.Фa1

Ферзь занимает позицию в углу доски, чтобы избежать потери темпа после появления чёрной ладьи на с2.

29...Лc2 30.Лe3

Просто и сильно. Прежде всего, белые оттесняют белопольного слона противника.

30...Сa6 31.Лc3

А теперь чёрные вынуждены разменять свою единственную активно расположенную фигуру.

31...Лxc3 32.Фxc3

Если взять последние несколько ходов, то мы увидим, что белые многого добились. Ферзь и особенно конь на d5 доминируют на доске, чёрные же всё еще пытаются наладить взаимодействие своих фигур.

32...Сh6

Слишком поздно, но ничего лучше у чёрных нет. Они должны перевести слона на защиту слабостей через поле g5.

33.Кc4

Пешка а неуязвима: на 33.Фxa5?? последует 33...Сe2.

33...Сxc4

Печальная необходимость. Чёрным приходится отдать хорошего слона, чтобы снизить давление, оказываемое на их позицию белыми конями.

34.Фxc4

На первый взгляд, белые добились идеального положения: белый конь властвует на доске, у чёрных слабая пешка d и плохой слон. Такого рода позиции иногда возникают в сицилианской защите, когда чёрные играют крайне неудачно. Однако, как мы увидим, лёгкого пути к победе у белых нет.

34...Сg5

Слон направляется на d8, откуда будет контролировать поля вторжения белого коня в лагерь чёрных.

35.Лd3

Этим шаблонным ходом белые выпускают большую часть преимущества. Как указывает Ананд, манёвр конём 35.Кc7! Лa7 36.Кb5 давал им решающий перевес.

Здесь у чёрных есть два способа защиты пешки d, но ни один не помогает. Например:

A) 36...Лd7 37.Фc6 Лd8 38.Лxd6, и у белых здоровая лишняя пешка. Может показаться, что 38...Лc8 даёт чёрным определённую контригру, но это иллюзорное ощущение: после 39.Фd5 Лc1+ 40.Крh2 белые фигуры занимают очень сильные позиции в центре.

B) 36...Лa6 37.Фd5 Сe7 38.Лc1, и здесь Ананд делает вывод, что белые выигрывают. Действительно, они контролируют почти всю доску. Угрожает вторжение на с7, а если чёрные помешают ему путём 38...Лa7, то белые сыграют 39.Лc6 с чрезвычайно неприятной угрозой 40.Фc4.

Перевод коня на b5 – типичный приём борьбы против отсталой или изолированной пешки.

В данном положении у этого перевода есть ещё один плюс: перекрывается полуоткрытая линия b, и чёрные теряют последние возможности для контригры.

35...Фb7

Отличный ход, который наконец-то налаживает координацию чёрных фигур. Ананд оценивает возникшую после этого хода позицию как лишь немного лучшую у белых. Оценка неожиданная, но дальнейший ход поединка более или менее подтверждает  её правильность.

36.Лc3 Лb8 37.Фd3 Крg7

Ещё один важный оборонительный ход. На очевидное 37...Сd8 белые играли бы 38.Лc4!, пользуясь тем, что пешку b брать нельзя. Тогда на  38...Крg7 уже сильно 39.b4.

38.g3

Интересный момент. Пока чёрный слон не попал на d8, некоторую опасность представлял ход 38.b4. Идея в том, чтобы на 38...axb4 ответить 39.Лc7. Но эта прямолинейная попытка сокрушить оборону соперника быстро отбивается, так как после 39...Фa8 40.Фf3 чёрные играют просто 40...Лf8, а более тонкое на вид 40.Фb3 ничего не даёт ввиду ответа 40...Фa5! 41.Кb6 d5!, и чёрным не на что жаловаться.

38...Сd8

Чёрные достаточно обезопасили своё положение от прямой атаки белых, и белым крайне трудно теперь добиться чего-то существенного. Главный козырь чёрных – давление по полуоткрытой вертикали b: белая ладья связана защитой пешки b, поэтому белые не могут менять ферзей до тех пор, пока эта пешка не будет разменяна на чёрную пешку a или d.

Ситуация была бы совершенно другой, если бы белая пешка всё еще стояла на а3. В этом случае белые двинули бы вперёд пешку b, и она бы оказалась под весьма удобной защитой коня. Тяжёлые фигуры белых тогда были бы свободны для атакующих действий.

39.Фf3 Фd7 40.Крg2

Не вынуждало размена ферзей 40.Фg4, так как чёрные могли ответить 40...Фe6.

40...h5

Чёрные сделали последний перед контролем ход, и он определённо оказался неплохим. Чёрные захватывают больше пространства на королевском фланге.

41.Лc4 Фb7 42.Лc3

Критический момент. Белые уводят ладью, признавая, что не могут решить, что делать дальше. Дорфман в Europe Echecs объясняет этот ход по-другому: по его мнению, Ананд уже принял решение делать ничью. Это предположение было бы правильным, если бы у белых были другие возможности, сулящие больше шансов на успех. Но я таковых не вижу, смотрите сами:

A) 42.b4 axb4 43.Лxb4 Фxb4! 44.Кxb4 Лxb4, и белые не могут выиграть. На 45.Фa3 имеется сильное возражение 45...Сa5.

B) 42.h4. Предложено Дорфманом. Белые отдают пешку b, в надежде использовать малоподвижность чёрного слона в эндшпиле. Дорфман приводит вариант 42...Фxb3 43.Фxb3 Лxb3 44.Лc8 Сf6 45.Лc6. К последнему ходу он ставит восклицательный знак, но не делает никаких выводов. Не думаю, что чёрным есть чего  бояться после 45...Лb8 46.Лxd6 Сd8. Их позиция стеснена, но я не вижу, как белые могут это использовать. На мой взгляд, 45.Лa8 является более серьёзной попыткой игры на победу, чем 45.Лc6. Белые оставляют в покое слабую пешку d и образуют проходную, которая может стать очень опасной. Чтобы не проиграть, чёрным необходимо как можно скорее активизировать слона. Это достигается с помощью 45...g5. После 46.hxg5 Сxg5 47.Лxa5 Лa3 48.Лa6 Сd2 чёрные как раз успевают удержать равновесие. Они угрожают перевести слона через с3 на d4, справедливо не опасаясь возможного после размена на с3 ладейного окончания.

42...Фd7 43.Фe2 Сb6 44.Фd2 Сd8 45.Фc2 Фb7 46.Фd3 Сb6 47.Фf3

Снова заставляя слона отступить.

47...Сd8 48.g4

Белые, наконец, решаются перейти к активным действиям. Дорфман сопровождает этот ход вопросительным знаком и полагает, что белым следовало выжидать и дальше. Действительно, сделанный ход не приносит желаемого эффекта, но вопросительный знак представляется слишком строгой оценкой, поскольку ещё большой вопрос, как белые могли иначе добиться чего-либо. Большего, чем в варианте B в примечаниях к 42-му ходу белых, у них нет. Ходом в партии белые расширяют пространство для возможной атаки на королевском фланге, но при этом ослабляют позицию и своего короля. Камский находит эффективный способ это использовать.

48...hxg4 49.hxg4

49...Лc8!

Отличное решение. До сих пор чёрные меньше всего думали о размене ладей, но 48-й ход белых серьёзно изменил положение. Теперь поля g5 и h4 стали доступны чёрному слону, что даёт им определённые шансы на атаку белого короля. Дело в том, что при наличии ладей на доске эти шансы весьма призрачны, ведь чёрный слон должен прикрывать пункт с7. Поэтому чёрным выгодно теперь разменяться ладьями. То, что белые при этом смогут образовать проходную, не имеет большого значения.

50.Фe3 Лxc3 51.Фxc3 Фa6

Активный ход. Теперь на 52.b4 последует 52...axb4 53.Фxb4 Фe2.

52.Фc2 Фa7 53.Фd2 Фb7

54.Фd3

После этого хода белые предложили ничью, на которую чёрные с радостью согласились.

Внезапное завершение длительной позиционной войны, которая могла продолжаться ещё долго. Сейраван ставит к последнему ходу белых вопросительный знак и утверждает, что 54.b4 axb4 55.Фxb4 давало белым выигранную позицию. Дорфман даже не упоминает 54.b4, и высказывает мнение, что чёрным не о чем будет беспокоиться, если на ход в партии они ответят просто 54...Фc8.

Кто из них прав?

Позвольте мне для начала заметить, что единственным шансом белых является продвижение  b3-b4, и в этом смысле 54.b4 – это критическое продолжение. Однако, этот ход приводит к форсированному варианту 54.b4 axb4 55.Фxb4 Фc8!, в котором белые не могут защитить пешку g естественным образом, т.е. ферзём. Защитный же ход 56.f3 слишком ослабляет позицию, значит, остаются 56.Кe3 и 56.Крf3. На первый ход последует ответ 56...Сg5, а на второй 56...Фc1, и если  57.Кe3, то снова 57...Сg5.

Поэтому ничья неизбежна, например: 58.Фxd6 Сxe3 59.Фxe5+ Крh7,  и после взятия на е3 чёрные объявляют вечный шах. Это означает, что поверхностная оценка Сейравана совершенно неверна.

Остаётся выяснить, действительно ли чёрным «не о чем будет беспокоиться» после хода в партии, как заявляет Дорфман. Думаю, что это тоже не так. Каким бы крошечным оно ни было, но небольшое преимущество белые имеют. Кроме b3-b4, они могут, к примеру, перевести коня на с4. Думаю, что такой игрок, как Карпов, выжал бы всё до последней капли из этой позиции.

 

Но я могу понять решение Ананда. В 1991 году я тоже вёл в матче с Корчным с перевесом в два очка, когда в седьмой партии также предложил ничью в лучшей, но не выигранной позиции. Иногда бывает важнее сохранить силы. Единственное отличие в том, что я тот матч выиграл, тогда как Ананд имел большое несчастье свой проиграть.